Счастье на снежных крыльях. Назначена истинной

 – Куда ты меня тащишь?

– Куда надо! – рявкнул Йелли. Открыл дверь и добавил мстительно: – Дам тебе новый повод для нытья и страданий! Можешь беситься сколько угодно.

Я колотила его по спине, отмечая, что мы идем, хорошо так отсвечивая «избранностью» – считай, незавершенной связью, – по общему коридору. Стены кое-где еще пестрят выбоинами – последствия боя. А когда увидела ошарашенного Алела, который тенью устремился за нами, то тайком щипалась и пыталась улыбаться, изображая игрища с мужем. У-у-у… ненавижу-у…

Арэнк вошел в соседние покои, рыком выгнал темно-серых шаа, наводивших порядок в наших разгромленных комнатах.

И, не останавливаясь, прямиком двинулся в огромную гардеробную. Там уже красовались мои новенькие разноцветные наряды, которые успели сшить и развесили, а кое-что разложили на полках. Не успела порадоваться такой оперативности местных модельеров и швей, Йелли без церемоний поставил меня на ноги у какой-то двери, схватил за руку и, приложив ладонь к этой двери, произнес фразу на леарском, а значит – тарабарщину вроде «сезам, откройся».

Через секунду дверь сама распахнулась. Большое помещение сразу залил яркий свет, напомнив о современных системах освещения на Земле. Неужели?! Под впечатлением от этого я прошла внутрь, окидывая взглядом множество полок вдоль стен, заставленных сотнями коробочек и бархатных подложек, заполненных драгоценностями и целыми горками сверкающих камней всех цветов. В центре сверкало гарнитурами потрясающей красоты несколько выставочных «грибов».

Меня действительно принесли в сокровищницу.

– Обалдеть! – выдохнула я восхищенно. – Как ты это сделал?

– Это не я, – усмехнулся довольный произведенным эффектом владелец сокровищ. – Это еще мои предки и родители собирали…

– Я про освещение! – нетерпеливо махнула рукой, осматривая потолок и стены. – Как ты его таким ярким сделал? Здесь есть лампочки? Неужели электричество?

Молчание Йелли насторожило. Обернувшись и отметив его нехороший многозначительный прищур, я моментально нарисовала виноватую улыбку и предложила:

– Ладно, я же понимаю, что у мужчины могут быть свои секреты.

Может, когда-нибудь расскажешь…

Йелли тряхнул головой, как необъезженный конь гривой, глядя на седло, и проскрежетал, явно с трудом удерживаясь от крепких выражений:

– Переодевайся, если надо! У тебя сегодня слишком много дел. – Он уже развернулся, в два шага оказавшись у двери, но остановился на пару мгновений и ядовито процедил: – Это теперь твоя сокровищница.