Внешность – это не главное!

Она грациозно поднялась из кресла и направилась к выходу из кают-компании, лишь на мгновение задержавшись, чтобы, повернув голову на три четверти, бросить мне короткий приказ:

– Лельвил, мне нужно с тобой поговорить.

Подняться так же эффектно мне мешал злосчастный пояс. Тяжело вздохнув, я вырвала себя из объятий кресла под пристальным вниманием Асиандра и направилась за сестрой, провожаемая его напряженным сочувствующим взглядом, Трил недовольно поморщился. Но меня странным образом порадовал тот факт, что, оказывается, не всем нравится поведение моей божественной сестрички.

Мой телохранитель даже сочувствует.

В своей каюте я сразу присела и уставилась на Лисиану, ожидая новых нотаций, но вдруг замигал свет, затем переключился на резервный тусклый, потом корабль сильно тряхнуло, заставив меня схватится за ручки кресла, а сестру – пошатнуться и тихо выругаться. Дальше, судя по ощущениям и звукам, наш корабль содрогнулся от чего-то весьма ощутимо попавшего в нас. Удар был такой силы, что кресло оторвалось от пола и вместе со мной перевернулось в воздухе, а я, кувыркнувшись, рухнула вниз и с трудом выдавила:

– Лис-с-си! Лис-с-си! Лис-с-с-и-и-и! Помоги мне!

Но сестра не откликнулась на призыв о помощи.

Я отчаянно завозилась на полу, пытаясь подняться. Дополнительно еще и ремень придавливал и, как довершение всех моих неудач, – кресло. Еще чуть-чуть и либо задохнусь, либо сломаю шею.

– Принцесса… – раздался громкий призыв Трила и звуки шагов нескольких мужчин.

Потом тягостное молчание и отчаянное, полузадушенное, как будто он не верит своим глазам: – Принцесса… Лисиана?!

От неуверенности, страха, прозвучавших в голосе Трила, стало совсем жутко, и я задергалась еще сильнее. Неожиданно кресло взмыло вверх, а на меня уставились Асиандр с Хоресом. Увидев меня живой, они облегченно выдохнули. Телохранитель помог мне подняться – и я тоже не захотела верить своим глазам…

Лисиана лежала у переборки сломанной куклой, голова вывернута под неестественным углом.

С таким не живут. Я начала вновь оседать на пол, закатывая от беспредельного страха и отчаяния глаза, но Асиандр подхватил и, крякнув с натуги, снова подозрительно на меня уставился. Меня замутило, но последовавшие дальше события не подлежали описанию, зато заставили срочно прийти в себя.

Нас снова тряхнуло, и мы уже вчетвером свалились и разлетелись по углам, причем я оказалась на Асе. В ушах гудело, из носа шла кровь от сильной перегрузки.