Камера смысла

В порядке очереди, разумеется, – он улыбнулся, демонстрируя смиренную готовность ждать, сколько потребуется.

Тем временем он может лучше разглядеть Анну, стараясь, однако, не сосредотачиваться на деталях. Прямо вровень с его руками, уверенно делающими пометки в блокноте, оказались ее колени. Очень узкие, острые, беспечно выставленные на его плотоядное обозрение, на правой – маленькая родинка. Она без чулок, и, опустив голову ниже, он видит, как кожа с тонкими лучиками загара обтягивает ее лодыжки, и наливается кровью венка на крошечной щиколотке.

Он явственно слышит запах ее тела, вдавленного в неудобное шершавое кресло, и запах этот туманит его голову.

«Мы готовы», произнес чей-то далекий голос. Это врач, что курировал Анастасию в ходе эксперимента.

– Платон Вальтер, лаборатория криобиологии, университет Беркли. Прежде всего позвольте поздравить вас, Анастасия, с положительным и устойчивым результатом терапии. А что касается сегодняшней темы, я хочу обратиться с вопросом к вам и вашему врачу. К вам – как человеку, получившему мощный опыт трансцендентного состояния, и к вам, доктор, как ученому, работающему в области мозга.

Как Анастасия будет поддерживать свое эмоциональное состояние дальше? Не требует ли подобная терапия продолжения? Я понимаю, что вещество не опиатного характера и не должно вызывать физиологической аддикции, однако не возникнет ли психологическая необходимость в повторении?

– Вы имеете в виду, не вызовет ли психического привыкания этот препарат? – доктор, на бейдже которого было написано Роналд Грин, устало потер переносицу под слишком плотно сидящими очками.

 – Как вы верно заметили, вещество не токсично и предоставляется в микродозе. Что касается психологической потребности вернуться в это состояние – как мы уже говорили, еще ни один доброволец не выказал желания повторить опыт.

– Да, Платон, поверьте, это столь концентрированное осознание, столь важное, что переживать и перерабатывать его я буду всю оставшуюся жизнь. Сколько бы она ни продлилась, – дружелюбно произнесла Анастасия.

– Возможно, я недостаточно точно выразился, – на сей раз Платон обвел взглядом всех людей перед ним, задержавшись на лице Анны чуть дольше необходимого. – Разве это переживание и есть тот результат, который мы, современные ученые, хотим получить? Насколько эффективно это применимо к реальной жизни за пределами кабинета психиатра или студии йоги? Я полагаю, людям нужны предсказуемость, стабильность и видимый эффект в обычной жизни.