Камера смысла

 – Но позвольте все-таки задать вопрос: чем это все отличается от медицинского употребления марихуаны? Может ли псилоцибин действительно давать какой-то научно доказуемый особый эффект?

– Ваши закуски! – официант поменял тарелки. Трапеза продолжалась под увлекательную беседу.

– То есть все-таки вы настроены скептически, – засмеялась Анна, – Кстати, отличный краб! – Анна выдавила ломтик лимона на севиче.

– Да, кальмары тоже супер. Я бы даже еще добавил чили. Так, рассказывайте дальше, мне уже очень интересно, почему все это приостановили!

– Я так рада, что вам интересно! С другой стороны, мы с вами познакомились в рамках семинара по применению психотропных веществ в медицине, а не на рыбалке, чего уж тут.

– А вы рыбачите? – улыбнулся Платон.

– К счастью, нет.

– А вот я грешу иногда… Так чем дело кончилось?

– Да вот Тимоти Лири прославился, создал целую философию. И секту. Это все конечно очень занятно, я могу еще много поведать вам на эту тему, Платон, поверьте мне.

Но есть вещи еще более интересные, и именно ими я и занимаюсь сейчас, – Анна удовлетворенно вздохнула и откинулась на стуле.

– Вы не поверите, Анна, но я могу рассказать вам в связи с интересами Тимоти Лири много любопытного со своей стороны. Он был большим поклонником предмета моего исследования. Однако не будем забегать вперед. Пока мы говорим о вас, – по легкости разговора, по обоюдному удовлетворению и взаимному любопытству, в которых протекала их беседа, Платон понял, что ему чертовски везет.

Лицо Анны грелось в лучах солнца, проникавших через большое окно. В ярком солнечном свете было видно, что окно снаружи покрыто маленькими пятнышками от дождя, а кожа на переносице и скулах Анны – акварельно-нежными веснушками. Ее волосы горели сочным темным золотом. Она лениво жмурилась, прикрыв глаза, обнажив тонкие веки, насупив нос, над которым проступили смешные детские складки. Платон залюбовался.

– И все-таки, Анна, – он нарушил молчание. – Не знаю как вы, но я хочу оставить в вечности след, а не просто ощутить что-нибудь необыкновенное или даже прожить до ста сорока лет никому не нужным обывателем с идеальным кишечником, питаясь абсолютно здоровой едой, которую подобные люди обсуждают на своих форумах.

Мы все – день за днем, год за годом – пишем нашими поступками программное обеспечение вечности. Получить больше информации – это хорошо. Но все ли сумеют адекватно использовать ее? Этому-то вы не учите.