Всепоглощающая страсть

Кто ты? В тебя влюбляются

Сотни моих миров,

Словно века сжимаются

В несколько страстных слов…

«По капле я тебя теряю —…»

По капле я тебя теряю —

Опустошается родник,

Или от зноя я сгораю,

И ты в пустыне дней поник?

Обогащает мир любовью,

Переполняя счастьем фраз,

И дань берет за счастье кровью,

Нас мучая в последний раз.

Ты, с болью, на прощанье смотришь,

И ни к чему теперь слова.

Была у нас любовь «всего лишь»,

В затменьи странном голова.

Теперь все проще и понятней —

Ты исчезаешь в дымке дня…

А в небе звездном – необъятней

Сиянье лунного огня…

«Пусть снег метет и жгут печали —…»

Пусть снег метет и жгут печали —

Я их не чувствую давно,

Как будто жар души отняли,

И день ли, ночь ли – все равно.

Ты знал меня совсем иную —

Я излучала свет любви.

И каждый миг жила, ликуя,

Стрелой слетевшей с тетивы.

И ты тогда еще был рядом,

Еще касаться рук могли,

Впиваться ненасытным взглядом,

Взлетая с суетной земли.

Но жизнь вернула грубо с неба

Безумцев, жаждущих тепла…

Что есть, то есть. Но только мне бы

Не сжечь мосты свои дотла!

И я, сама того не зная,

Быть может, счастлива лишь тем,

Что вновь в стихах воссоздавала

Тебя – мечтой любовных тем…

«К нам ворвалась любовь, как ураган…»

К нам ворвалась любовь, как ураган,

Как звездный дождь, осыпавший долину,

Как на пустырь осевший балаган —

Так неожиданно – неповторимо!

И мы впивались взглядами дотла,

И губы обжигали поцелуи,

В одно сливались звездные тела,

И ангелы нам пели: «Аллилуйя!».

Весь мир вокруг таинственно исчез,

И к людям, что когда-то окружали,

Мы потеряли полный интерес,

И в эйфорию страсти улетали…

Странник

Теперь – печаль. А раньше – ничего…

Теперь – любовь. А раньше были будни —

В них – серый свет и разговоров – студни.

Теперь – весь мир сияет для него.

А я смотрю на черное кольцо,

Что страшно сдавливает душу пальца —

Подарок мне от вечного скитальца,

Как тяжкий груз – вуалью на лицо.

Ему легко – он волен выбирать,

Ему доступны дальние дороги.

Он где-то там – без грусти и тревоги,

Одна повинность – мне письмо прислать.

А я – другое: вечно ожидать

Мне суждено в тоске невыносимой,

А время жизни пролетает мимо,

И устаю уже его считать.