Пламя на воде

На полотне были выложены четыре меча. За открытыми воротами постоялого двора виднелись тесно сгрудившиеся купеческие возки; вокруг них бродила охрана. Сам купец в компании двух стражей стоял возле кузнеца, вертя в руках и придирчиво рассматривая еще один клинок. Здесь же находился и станционный смотритель; по его подобострастному виду можно было предположить, что купец здесь известен и является важной шишкой. Барс спешился и незаметно присоединился к компании.

– Дешевый товар, – заключил наконец купец, небрежно бросая меч на холстину.

 – Грубая работа. Даже и не знаю, зачем бы мне такие понадобились.

– Клинки хорошие, господин, – прогудел кузнец. – Поглядите, какая закалка. А заточка? Волос режут!

– Пф. Грубые и баланс плохой. Мечей я не видел, что ли?

– В наших краях лучшей ковки вы не найдете, – кипятился кузнец. – В наших краях вообще оружие редко кто делает. Хоть у кого спросите, лучше, чем Филантий, мечи никто не кует.

– Вот и ковал бы, как все, серпы. Филантий, говоришь? Никогда не слыхал.

Я, брат, на торговле собаку сьел, и уж бросовый товар от хорошего как-нибудь отличу. Дерьмо твои мечи, Филантий.

Кузнец обиделся.

– А ты чужую работу не хули, господин хороший. Не хочешь – не покупай, а оскорблять-то зачем?

– По-моему, неплохие клинки, – поспешил вмешаться Барс, пока торговля не переросла окончательно в ссору. – Что просишь за них?

Мечи на самом деле были качества среднего, действительно грубоватые, но и не настолько уж бросовые, как утверждал купец. Выручить за них сумму, необходимую для уплаты залога и найма лошади – не лучшей, но сносной – представлялось вполне реальным.

– А ты кто таков? – возмутился купец, поворачиваясь к Барсу. – Зачем без спроса в чужую торговлю влезаешь?

– Так тут у вас торговля? – изумленно поднял брови Барс. – Мне показалось, вы не заинтересованы в покупке.

Обнаружив, что рявкнул не просто на какого-то проезжего, а на благородного, купец слегка сбавил обороты.

– Я – торговец, благородный господин, но я не могу торговать себе в убыток.

Этот кузнец заломил за свои мечи совершенно несуразную цену.

– Да? И сколько же?

– По динару за каждый.

У городских оружейников мечи подобного качества шли не меньше чем по три динара, и трудно было предположить, что купец об этом не знает. Барсу пришла в голову озорная идея.

– А знаете, кажется, я что-то слышал о мечах мастера Филантия, – задумчиво протянул он. – Говорят, такой меч с удара перерубает бревно толщиной с человеческое бедро.