Хозяйка механической мастерской

…Мне больше некого попросить…

Р-раз! Получилось! Пульсирующий комочек скатывается с пальцев, обретает видимость ярко-синей искры и соскальзывает в камень.

Рубин засветился, я наученная разными, в том числе неудачными экспериментами, поспешила отдернуть руку и отступить на пару шагов. Свет разлился от камня по всему механическому нутру. Задвигались шарниры, закрутились шестеренки, моргнули ярко-желтые глаза, скрывшись на секунду под металлическими веками.

– Он… Он теперь работает? – боязливо спросила я.

Профессор захлопнул крышку, скрыв под ней сердце механизма, закрутил на восемь болтов.

– Нет. Он теперь живет…

Лупоглаз еще раз моргнул, прянул ушами в разные стороны и с пронзительным криком:

– Взя-я-я!..

Захлопал брезентовыми крыльями и взвился под потолок.

– Да? – с недоверием посмотрел наверх детектив. – И какое же у него практическое применение? Пугать воров?

– Игрушка, – я небрежно пожала плечами. – Профессор Уилл собрал его десять лет назад, когда я была маленькой девочкой.

Так что это всего лишь игрушка. Прекрасная работа, не правда ли? Я его обожаю, – добавила совершенно искренне.

– Неплохо, – скупо согласился он, не разделяя моих восторгов. – Аннет, у меня к вам просьба. Если здесь есть еще подобные… игрушки… предупреждайте о них заранее.

– Я не знала, что профессор держит его здесь, – честно ответила я. – Но я рада, что его не растерзали, как предметы из лавки. И он никогда не продавался.

По коридору до нас донесся громкий топот, и я испуганно посмотрела на следователя.

Услышав выстрел, полисмены бросились к нам на помощь. Лишь бы нас самих не пристрелили в полутьме и суматохе.

Видимо, примерно о том же самом подумал и мистер Крэйтон, потому что за руку увлек меня от двери за прочную стену и лишь потом подал голос.

– Все в порядке! Ложная тревога!

Топот поутих.

– Эшли? – раздался настороженный голос. – Вы где? Точно не требуется помощь?

Мистер Крэйтон медленно открыл дверь, встал в проеме так, чтобы его было видно.

– Все хорошо, Ричард. Просто у меня очень хорошая… реакция.

– Рефлексы, – фыркнула я в кулак.

Он саркастично приподнял бровь, посмотрев на меня.

– Да, и они тоже. Не хуже ваших. Продолжим?..

Кабинет был залит ярким солнечным светом, бьющим в окно. На первый взгляд здесь все осталось, как при жизни профессора, но я знала, где искать… Глянула мельком в ящик стола, убедившись, что на старые чертежи никто не покусился.