Безвечность

Высотки, суета и смарт-очки остались позади. Это говорит о том, что с минуты на минуту я окажусь на магнитодорожном вокзале. Только сейчас я заметила лёгкую дрожь в коленках. Дно контейнера вибрирует, обеспечивая доступ к кислороду. Неудивительно, почему Касси всё ещё спит. Её укачало.

– Приехали. – Водитель произнёс слово, которое мне сейчас хотелось слышать меньше всего.

Я знаю, где слышала этот голос с хрипотцой прежде! Помню, что с ним связано. Помню боль, которую причинила его обладателю. Вспомнила ту песню, которая звучала в салоне автомобиля около десятка раз.

Мужчина скрывает своё лицо, но намеренно открывает мне свою душу. Он умён. Он хочет, чтобы я чувствовала себя виноватой, и я чувствую.

Не в силах вымолвить ни слова, я протягиваю водителю пластиковую карточку, на которую мне приходит зарплата и деньги, полученные за сдачу родительского дома в аренду. Мужчина неохотно принимает её и крутит в руках. На карте нет моей фотографии и имени, только название банка и номер лицевого счёта.

Вся информация о держателе хранится в микрочипе.

– Мою маленькую дочь тоже зовут Ева, – сказал водитель, повернувшись ко мне, глядя в глаза.

Он снял очки, и мой неустойчивый внутренний мир рухнул, как карточный домик, который я годами пыталась склеить. Мне нужен глоток свежего воздуха. Я не переживу это снова. Теоретически оставалось подождать всего пару лет, чтобы забыть это лицо, но хватило всего полчаса, чтобы воскресить воспоминания.

– Твои глаза… Они прекрасны, – сказала я, отчего на лице мужчины появилась знакомая улыбка.

Она сразу же погасла, когда я попыталась открыть дверцу, забыв, что в машине всё автоматизированное.

– Будь счастлива, – сказал он.

На мгновение наши руки соприкоснулись, когда мужчина вернул мне карточку, ничего с неё так и не списав. Дверь справа от меня поднялась вверх, и из салона на асфальт выехала дорожка, чтобы мне не составило труда спустить по ней чемодан. Держа в одной руке контейнер с Касси, а другой, волоча за собой багаж, я обошла автомобиль, чтобы ещё раз взглянуть на лицо водителя.

Он этого явно не ожидал и крепко уцепился за руль. Что он чувствует, глядя на девушку в молодёжных вещах, которая разбила ему сердце? Что чувствую я, глядя на мужчину тридцати семи лет, который уже обзавёлся семьёй, морщинками вокруг глаз и бородой? Я не знаю.

– И ты будь счастлив, Брендон, – наклонившись, сказала я, когда он опустил боковое стекло.