Предел совершенства

Все согласны, лишь бы жить в роскоши и достатке.

Мы не слишком высоко поднялись над землёй, поэтому можно смотреть в напольное окно и наблюдать за тем, что происходит внизу. По бокам от нас летают такие же аэромобили, только разных цветов. Под нами остался мой родной город Пефом. Позади оранжевое солнце, которое почти утонуло в синем море.

Мы с Мелоди любили гулять вечером по пляжу и плескаться в одежде. Она собирала волосы в пучок, надевала короткий топ и шорты, снимала цветные линзы и становилась беззаботной Мел.

Я не мог налюбоваться ею. Мы бегали босиком по горячему песку, остальные отдыхающие смотрели на нас то ли с восхищением, то ли с насмешкой. Все нас узнавали, но в такие моменты ни один репортёр не осмеливался к нам подойти. Хоть какое-то чувство неприкосновенности. Правда, всё равно снимали издалека.

Когда мы сидели на берегу в воде, мне нравилось щекотать Мелоди за пятки. Она смеялась так звонко, что, казалось, птицы подпевают ей. Потом я гладил её татуировку в форме бабочки на внешней стороне левой ступни.

Мелоди сделала её до нашего знакомства, когда написала песню «Как бабочка». Крылья направлены вверх, в небо. Иногда возникает ощущение, что Мел сама вот-вот взлетит. Иногда она кажется хрупкой.

– Ник, эй, поговорить надо, – нарушил молчание Дэрок и странно на меня посмотрел. Я понял, что по-идиотски улыбаюсь. Он вздохнул и продолжил: – Мы с Адамом сегодня утром сделали тебе браслет с личным идентификационным номером. Его одевают всем преступникам для слежения за объектом.

Когда ты будешь заходить в Корпус, тебе нужно прикоснуться браслетом к пропускной панели. Не удивляйся, что услышишь чужое имя. Теперь тебе нужно представляться как Томас Миртл. Запомнишь?

– Не могли имя поинтересней придумать? – спросил я.

Моего давно умершего кота звали Том, и это вызвало у меня очередную глупую улыбку. Брату вопрос смешным не показался.

– Послушай, я же не мог так просто занести в Базу Данных твоё имя! – Похоже, он слегка разозлился. – Родители сразу бы это заметили.

Сложно не заметить имя своего сына среди преступников, верно?

– Ладно-ладно, я не подумал. А что, если меня узнают? Я же не могу сказать, что стал Томом, чтобы найти свою девушку. Наверняка они уже узнали и Мел.

– Если и так, то ничего не спросят. У половины людей стёрта память, им точно не до вас. А другая половина находится под действием подавляющей сыворотки. Если у них и вспыхнет в памяти твой образ или песни, то ничего вслух не скажут.