Академия Зла. Испытание ведьмой

Флегматично придвинул с края стола к себе журнал, смахнул с него пыль, открыл и долго смотрел в него с умным видом. Потом широко зевнул, развернул журнал вверх ногами и снова туда уставился.

– Палаточный городок, градовый сектор, десятое строение, – произнес он наконец. – Как звать, адептка?

– Анэлия Рид, но можете не тратить время на запись, через пару часов вычеркивать придется. Я только в деканат сбегаю, – соизволила я предупредить. – Отказную подписать.

Он старательно записал мое имя в журнал, проигнорировав предупреждение.

Дело хозяйское, мне его чернил не жалко.

– Да-да-да, – обреченно закатил глаза, когда закрыл журнал. – Проходили мы это, с каждым проходили. И «я здесь ненадолго», и «я здесь по ошибке», и «я здесь жить не буду», и «спасите, помогите, выпустите меня отсюда» тоже слышали. И ничего – учатся, живут и не вякают.

– Слабохарактерные у вас адепты просто, – вынесла я вердикт. Куда им до маленькой ведьмочки с большим потенциалом.

– Ну, не скажи, – неожиданно обиделся гоблин.

 – Для слабохарактерных они с завидным упорством пытаются сжечь мою палатку и взорвать деканат.

– И как? – затаила я дыхание.

– Не горит и не взрывается! – радостно оскалился гоблин, показав мне два ряда заостренных зубов.

– Это пока, – вырвалось у меня неосознанно. Вот еще, руки о чужой деканат пачкать! Кому надо, тот пусть и взрывает, меня это не касается. Я не сегодня, так завтра точно на Ведовской вернусь… Правда, в голове сразу вспомнился рецепт нужного зелья…

Даже головой пришлось потрясти, чтобы согнать видение, в котором разлетался в щепки незнакомый кабинет…

– О, ну тогда ты точно останешься, нам такие нужны, – непонятно за что похвалил меня гоблин.

 – И да, отказную можешь рвать при мне, прямо тут, как все… Люблю это зрелище!

И он указал на усыпанный обрывками пол. Я презрительно скривилась.

– У каждого своя коллекция, – невинно пожал он плечами. – И мою попрошу не топтать!

Я демонстративно вытерла об его коллекцию свои грязные ботиночки, наблюдая, как зеленый цвет кожи гоблина меняется на пурпурный в крапинку.

Но сразу видно, что он давно этот пост занимает. Два глубоких вздоха, сложенные ладошки напротив груди, и злость его отпустила. А он заодно и меня решил отпустить. Точнее, избавиться.

– Дуй отсюда, у меня дел по горло, – внаглую соврал он, снова устраиваясь в кресле поудобнее и закидывая босые и не очень чистые ноги на стол.

– И каких же? – не удержалась я от вопроса.