Академия Зла. Испытание ведьмой

Обиделся, что ли? Я с минуту подумала, оценивающе разглядывая молодого мужчину, и все же призналась, чтобы он не сильно расстраивался:

– Нет, кое-что из органов меня, конечно, интересует… Только вы вряд ли захотите показать, а я посмотреть…

Приступ безудержного кашля опять скрутил декана. А я поняла, что очень сильно хочу посмотреть, но боюсь. И стала рассуждать вслух, пытаясь найти решение проблемы:

– Выход, конечно, всегда есть, и любопытством я не обделена… Только вы-то вряд ли станете честно описывать, да я бы и сама приукрасила, если бы кто спросил… А может, мне кто-нибудь другой расскажет? Ну, из тех, кто уже видел?

Кашель резко усилился, василиску пришлось одной рукой о колонну опереться, чтоб равновесие сохранить.

А я задумчиво продолжала рассуждать, ведь если ведьмочка о чем-то думает, ее уже не остановить.

– Тот же магистр Каллохен, например… Как думаете, он успел рассмотреть цвет ваших глаз? Или вы его раньше обездвижили?

На декана жалко было смотреть.

Он захлебывался. Сначала кашлем, а потом нервным истерическим смехом. Он даже руку мою отпустил. Точно простудился, причем сильно! Уже и горячка начинается. И бред. Потому что он обнимал колонну, ржал и говорил себе под нос, что точно кого-то там убьет. Ну не меня же!

Я тут же вспомнила про настойку и полезла в карман, а то ведь останется так мой вопрос без ответа. Ни «да», ни «нет» мне сказать не может. А я гадай, какие у него глаза под очками, нет уж, пусть лечится и отвечает.

– Вот, – вложила я в его руки пузырек и рукой своей накрыла, потому что он пальцы сжимать отказывался, даже смеяться перестал и отпрянул от меня.

– Я никакую вашу гадость пить не буду!

– Как это гадость?! – возмутилась я и настойчиво поймала руку, которую он уже сжал в кулак и пытался спрятать за спину. – Я цветы первоцвета по весне собирала, корни девясила выкапывала, сушила, настаивала… Да там вообще, если хотите знать, пятнадцать видов трав и мед от домовых!

Про несколько паучьих лапок и выжимку из лягушачьей кожи я тактично умолчала, решив, что это ему знать не обязательно.

– Уберите! – пятился от меня декан, а я двумя руками в него вцепилась и пыталась вложить несчастный пузырек в его сжатую в кулак ладонь.

– Пейте, говорю! – крикнула я в итоге, откидывая со лба взмокшие от пота пряди волос. Бесполезная борьба надоела, я отпустила его и отошла чуть назад.