Львица и змей

Лучше бы она кричала, что ненавидит меня, продолжала злиться, метаться. Я бы смог снова изловить ее, быть может, успокоить. Узнать много нового о себе, о ней, но нет. Я не узнал ничего.

Я пытался быть откровенным, пытался угадывать ее мысли, быть милым и заботливым. Но ее ничто не трогает. По-прежнему озлоблена и агрессивна.

Мне ведь просто хотелось узнать, почему она вела себя так? Почему так долго убегала от меня? Почему не выходила? Почему продолжала приходить, но не давалась в руки? Почему отказалась от предложения решить все мирно? Зачем мучить нас обоих?

Сколько еще она собирается молчать? Это действительно причиняет боль.

Что, если она никогда не заговорит? Что, если она утратила возможность говорить? Нет, что за чушь? Врачи бы обнаружили это. Хотя она и с ними не говорила.

Моя милая гордая принцесса, почему же ты продолжаешь терзать себя и ранить всех вокруг? Я думал, ты смогла признать мою силу. Я думал, мы сможем подружиться, но ты продолжаешь отвергать меня.

Нужно продержаться еще семь дней без тебя.

Полагаю, я должен потратить время на подготовку. Снова.

Конечно, недостаточно один раз изловить тебя. Я понимаю. Нужно сделать так, чтобы ты не попыталась покончить с собой, сбежать или спалить наш дом.

Да, я должен подготовиться, как следует. Подготовить дом и то, что сможет сдержать тебя.

Раз тебе так хочется, ладно. Жди и трясись от страха, размышляя о моих планах. Если не захочешь говорить, я заставлю тебя кричать. Молить о пощаде, если потребуется.

Мое терпение не безгранично.

Глава 6. Львица

Как же быстро пролетело время до нашей следующей встречи. Хотелось бы растянуть его подольше, но… Как я и предполагала, родители не обрадовались происшествию. Точнее, они отказались бы от всяких связей со мной, если бы я не была их собственной дочерью.

Родной дом вмиг стал для меня чужим. Местом порицания. Местом, где меня готовили для него. Для другого дома. Отвратительный процесс подготовки.

Меня мыли, расчесывали, одевали, обрабатывали зубы, ногти, глаза, губы, все для него.

Я терпела, лишь бы отсрочить встречу с ним. Продолжала жить, есть, пить, дышать, но теперь собственное тело опостылело мне. Теперь все это существовало лишь для него. И от осознания этого факта во мне все больше распалялась жгучая ненависть.

Бросаю короткий взгляд на свою семью. Здесь лишь родители, больше никто из родственников не пришел, да и не должен. Как же слабо мы выглядим по сравнению со змеиным кланом.