Мохито для изгнанника Тьмы

– Темной ночи, мастер Коун. – И тип стал растворяться в воздухе, оставляя за собой черный дым.

Я потерла глаза, полагая, что мне это привиделось. Но нет, милорд так и не материализовался обратно, вместо него под фонарем все так же плавал черный дымок, правда редея с каждой секундой.

Вот это да… Да кто ж этот милорд такой? Не человек, что ли? Или они тут все такие? Ой, мама, вот попала. Знала бы, куда бежать, уже давно уносила бы ноги, а так… Ладно, посмотрим. Мне же обещали безопасность, будем надеяться, обещание сдержат.

Я же говорила, что оптимистка, да? Вот и продолжу ею быть.

– Темной ночи, лорд Реллингтон. – Бенджамин Коун не поднял головы до тех пор, пока дым полностью не исчез. Затем быстро развернулся и устремился ко мне, поправляя на ходу пояс на своем велюровом халате цвета спелой вишни. Во всяком случае, именно таким он казался в ночном сумраке.

– Значит, это тебя мне рекомендовали в помощницы? – Старик окинул меня изучающим взглядом. – Молодая, конечно, ну ладно… Через калитку прошла без проблем?

– Да.

 – Меня хоть и несколько покоробил его резкий переход на «ты», но я решила, что это сейчас не самое главное, на чем следует акцентировать внимание. А вот вопрос о калитке интересен.

– Отлично, значит, с тобой угадали верно… – Старик продолжал придирчиво осматривать меня. – Одежда другая есть? У нас в брюках женщины не ходят. Платья, юбки?

– Есть… Немного, – ответила я обтекаемо, мысленно же стала прикидывать, сколько подобных сугубо женских вещиц я прихватила с собой.

Кажется, один сарафан. Две юбки: на лето и на зиму. Трикотажное платье тоже вроде взяла.

– Ладно, разберемся. Пошли в дом. Что-то я замерз. – И Бенджамин Коун двинулся к крыльцу, я, гремя колесиками чемодана, – за ним. – Как там звать тебя, напомни?

– Юлия, – ответила я. – А вы Бенджамин Коун, да?

– Можешь обращаться ко мне «мастер», – разрешил он. – А я тебя буду называть Лия. Мне так проще.

Ну Лия так Лия. Хотя так мое имя еще никто не сокращал. Но звучит, кстати, неплохо.

Переступив порог дома, мы оказались в небольшой прихожей с обоями в бело-голубую полоску. Наверх вела узкая деревянная лестница, ступени которой покрывала старая протертая ковровая дорожка, видимо, некогда синего цвета. Такой же старый обветшалый коврик лежал и по центру прихожей. Еще было зеркало с толстым налетом пыли. Тут вообще когда последний раз убирали?

– Твоя спальня на втором этаже, направо от лестницы, – сообщил Коун, начиная подниматься по ступенькам.