Незваная невеста

– Я слышала, что такое бывает!

Заметив, что он заколебался, я нашла свой телефон и открыла поисковик:

– Вот, смотри… Тут написано, что у небольшого процента женщин так бывает…

Леша пробежался по строчкам статьи, снова скривился, но слегка умерил пыл.

– Ладно, – изрек после. – Завтра сходим к врачу, я хочу услышать подтверждение этому у специалиста.

… – Такое действительно бывает, – выслушав подозрения моего новоиспеченного мужа, снисходительно заверила его врач.

Леша все же отвел меня к гинекологу на следующий день, и такой униженной я еще никогда себя не ощущала.

Счастье, что врач, осмотрев меня, развеяла все его сомнения, а следом даже прочитала чуть ли не целую лекцию об особенностях женского организма. Правда, когда мы собрались уходить, она попросила меня задержаться.

– В чем дело? – когда мы остались одни, спросила я, вежливо улыбаясь. – Что-то не так?

Она же подвинула ко мне листочек, на котором была написано «3000».

– Что это? – не поняла я.

– Это сумма, которую я хочу за свое молчание и ложное заключение для вашего мужа, – ответила врач без смущения.

 – Я не успела обсудить с вами это сразу после осмотра, ваш супруг слишком нетерпелив, агрессивен и принципиален, в чем я вам, как женщина, сочувствую. Поэтому и готова помочь прикрыть вашу оплошность за весьма скромную плату.

– Я не понимаю, – хрипло проговорила я. – Что это значит? Какая оплошность?

– Ну хватит уже, Елизавета Сергеевна, – с укоризной произнесла врач. – Осмотр показал, что нет у вас никакой врожденной аплазии (?), и все у вас на месте.

Точнее, было. Сейчас же видны недавние разрывы плевы. Вы лишились девственности сутки или около того назад. Но, как я понимаю, не с мужем.

Теперь я была настолько ошеломлена, что смогла лишь выдавить:

– Я вам не верю.

– А вам не верит муж, – раздраженно отозвалась врач. – И правильно делает. Если надо, могу пригласить другого гинеколога, и он подтвердит мое заключение. И если для вас важно сохранить свою измену в тайне…

Я, уже не слушая ее, онемевшими пальцами  достала из сумки кошелек, а из него – три купюры.

Последние. Затем молча встала и вышла из кабинета.

– Чего она хотела? – Леша, словно почувствовав что-то, снова напрягся.

– Ничего, так, – торопливо ответила я. – Просто спросила, думаем ли мы о ребенке, и дала некоторые рекомендации для будущей беременности.

– Это хорошо, – Леша вроде бы успокоился.

Я же вдруг снова вспомнила свой вчерашний сон.