Незваная невеста

 – Одна из десяти виетт все же выносила и родила младенца. Девочку, точно, как значится в Огненных писаниях.

– Наконец-то, – на лице ноэр-гана промелькнула легкая, чуть усталая улыбка. – Хотя бы этот вопрос можно закрыть.

– Скоро ее доставят во дворец.

– Прекрасно, – протянул правитель. – Доверяю ее полностью вам. Найдите ей кормилицу, няню, обеспечьте  нирину-ган всем, что положено ее статусу. И организуйте, конечно же, праздник. Нужно представить нирину-ган народу, чтобы жили все в спокойствии…

– Будет исполнено, мой господин, – снова учтивый поклон.

– Что там с отбором слышно, Ламин? – ленивым тоном поинтересовался дальше ноэр-ган.

– Приглашения всем потенциальным невестам уже разосланы, мой господин, – ответил тот. – Дата начала назначена на восьмого садана. Все невесты должны прибыть не позднее вечера того дня, иначе будут исключены из отбора.

– Избавь меня от этих подробностей, – поморщился правитель. – Меня интересует лишь сроки и то, что пребывать в спокойствии мне осталось меньше двух недель…

– Возможно, будущие волнения будут приятными, мой господин, – Ламин улыбнулся.

– Не думаю, – ноэр-ган прикрыл глаза и откинул голову на мягкую подушку. – Если у тебя все, то можешь идти.

– Да, мой господин.

Уже отходя от купальни, Ламин столкнулся с братом правителя.

– Приветствую вас, ноэр-ран, – уже который раз согнулся в поклоне советник.

Тот кивнул и направился было дальше, но Ламин набрался смелости и окликнул его сам:

– Ноэр-ран…

– Что? – брат правителя остановился, бросил на него взгляд через плечо.

– У нас радость. Одна из виетт все же родила ребенка.

Пауза, возникшая после этих слов, была чуть длиннее, чем того следовало, а поза ноэр-рана стала напряженной.

– Это действительно хорошая новость, – наконец произнес он ровным голосом. – Пойду поздравлю брата.

***

Мать с отцом, узнав, что подозрения Леши подтвердились, не поддержали меня и встали на его сторону. Мама оскорбленно заявила, что не ожидала такого от меня, думала, что это ошибка, а оно вот как обернулось… И как я ни пыталась объяснить, что это действительно какая-то чудовищная нелепица, они больше не хотели слушать «распутную дочь», которая так разочаровала их.

Яблоко от их яблони оказалось с червоточиной – слова папы. Впрочем, иной реакции я и не ожидала от них. Подруга Саша стала единственной, кто по-прежнему мне верила, она же приютила меня с Аней, когда я ушла теперь уже из дома родителей.