Пять звезд. Любовь включена

– Хотите сказать, ребенку лучше жить с бабушкой и дедушкой, чем с мамой? – в тот момент я еще не верила, что Светлана Михайловна говорит все это всерьез. Думала, что этот скандал она по привычке затеяла лишь для того, чтобы очередной раз унизить меня и указать место, которое, по ее глубочайшему убеждению, должна занимать я.

– Чем с такой, как ты – несомненно! – и без того тонкие губы цвета фуксии превратились в нитку. – Что ты ему можешь дать, никчемная пигалица? Чего ты добилась к своим двадцати пяти? Привыкла жить за спиной Андрюшки, да? А теперь, когда его не стало, решила претендовать на его имущество? Ну так выкуси! И его квартира, и его дача записаны на нас с Марком Филипповичем! Ты ничего не получишь!

– Да не надо мне ни вашей дачи, ни квартиры! – мой голос задрожал от несправедливой обиды.

О том, что все свое имущество покойный муж когда-то переписал на отца с матерью, я прекрасно знала и даже не собиралась оспаривать это решение. В конце концов, у моих родителей тоже есть квартира в Москве.

А не работала я по прихоти все того же Андрея, который хотел, чтоб его жена была хорошо образована, из-за чего вынудил меня после института поступить в аспирантуру. Вот только рождение Максимки четыре года назад несколько нарушили эти планы. Пришлось брать академку, а после декретного еще и продлевать ее, поскольку сын бесконечно болел, и на учебу просто не оставалось времени. Андрей из-за этого вечно злился и упрекал, что это я виновата, раз у ребенка слабое здоровье. Мол, сама хилая, и сына ему такого же родила… В своем же глазу он бревна не замечал.

– Конечно, так тебе и поверили, – хмыкнула свекровь. – Но все равно у тебя не получится ничего отсудить! Останешься ты и без квартиры, и без дачи! И без сына! Нечего ему жить с матерью-убийцей!

– Да как вы смеете…– эти слова мне хотелось выкрикнуть ей в лицо, однако от волнения удалось лишь прошептать.

– А разве не ты виновата в смерти Андрюши? – свекровь уже шипела как кобра, наступая на меня.

Она и внешне сейчас была похожа на нее: высокая, худая, в черном облегающем платье и объемном платке, наброшенном на голову. – Из-за кого он сел за руль пьяным?

– Да вы же сами знаете, что он уже пришел домой сильно выпившим! Сам устроил скандал! А я…– но договорить у меня не получилось: слезы, с трудом сдерживаемые до этого, полились из глаз ручьями.

«А я…– продолжила лишь в мыслях, – Я впервые дала ему отпор, впервые повысила голос в ответ.