Спящая Золушка

– Добрый день, – поздоровался он невозмутимо и снова подхватил на руки Ксеню, на этот раз, чтобы перенести ее на заднее сидение машины.

– Ну привет… – протянула Марина.

– Ты садишься или нет? – нервно одернула ее мать. – Давай, шевелись, мне некогда. Влад, – крикнула она уже из машины, глядя на него в боковое зеркало, – и багажник мне не испорть этой гребаной коляской!..

– Не волнуйтесь, Инга Юрьевна, я аккуратно, – ответил он, укладывая сложенную коляску. Затем закрыл багажник и сел рядом с Ксенией.

– Поехали, – махнула дочери Инга, и машина тронулась.

Глава 3

При виде Марины мое настроение испортилось еще сильнее. Впрочем, куда уж хуже… И вообще, в отличие от своей матери, она просто язва и мелкая пакостница, на большее ее собственной фантазии не хватает. В голове у нее только тусовки с подружками и трансляция своей жизни в инстаграм. Другое дело, если она действует, подстрекаемая Ингой… В паре их выносить тяжелее. Иногда просто невозможно.

Да, по фигу… Не хочу больше о них думать. Ни о них, ни о ком-то другом. Даже об этой двухметровой «сиделке», занимающей пол салона машины. Кстати, а как будет «сиделка» в мужском роде? «Сиделец»? Я невольно хмыкнула, а «сиделец» сразу обернулся. Ну а я отвернулась. Уставилась в окно. Нечего на меня глазеть, самой от себя тошно… Еще и эта слабость во всем теле, голова гудит, словно после пьянки. Хотя, откуда мне знать, каково оно – похмелье? Никогда еще в жизни не напивалась.

Может, стоит начать? Напиться и забыться. У папы, кстати, в кабинете должен был остаться коньяк и виски… Надо будет попросить Алевтину, чтобы принесла. Нет, она точно не принесет, еще и лекцию прочитает о вреде алкоголя. Тогда, может, «сиделку» послать?

Я покосилась на него, на этот раз, чтобы не заметил: серьезный такой, аж страшно. И так бы никогда не сказала, что «простачок»… Глаза уж больно умные. Голубые, кстати. Прямо нордический мужчина.

И при этом «сиделка». Абсурд.

Мачеха вышла около какого-то офиса, и без нее в машине даже дышать стало легче. Зато Марина включила на полную громкость радио и стала подпевать, искажая слова песни до невозможности. Иногда она поглядывала в зеркало заднего вида на мою «сиделку», но тот будто не замечал ее взглядов, рассматривая город за окном.

Наконец МКАД, знакомый съезд, шлагбаум охраны коттеджного поселка… И ворота нашего дома.