Жемчужная принцесса, рубиновый король

Прыгнула, зачем-то сделав в воздухе сальто, будто его мог оценить кто-то, кроме меланхоличной Светы, разрезала водную гладь и… Меня внезапно закрутило, завертело, втягивая в некую воронку. Я даже испугаться не успела, испытала лишь изумление: откуда здесь водоворот? Что за глупая шутка? Меня же продолжало засасывать внутрь водной спирали, и все мои попытки противостоять этой силе были жалки и бесполезны. Воздух в легких кончился, я стала захлебываться, но спасать меня никто не спешил. И тогда я отчетливо осознала: это конец.

Вот же ирония судьбы: погибнуть от стихии, которая всегда была тебе ближе остальных.

Сознание постепенно затухало, покидая меня, но я все же успела заметить, как навстречу мне, из самой бездны, плывет смутно знакомая девушка.

«Да это же я», – удивление было совсем вялым. Глаза застлала пелена, и я уже не пыталась понять, реальность это или предсмертная игра моего воображения.

А потом наступила тьма.

Свет едва пробивался сквозь толщу воды, и вокруг царил полумрак.

Стая шустрых серебристых рыбок пронеслась прямо у моего лица, щекотно задевая нос, лоб и щеки. Я даже поморщилась и чуть не чихнула, но вместо этого изо рта и носа вырвались воздушные пузырьки.

М-м-м… Постойте. Зеленоватая вода. Стая рыбок. Кстати, а на чем это я лежу? Провела рукой рядом с собой: мелкий песочек, ракушка какая-то… Разве это наш бассейн? Повернула голову в одну сторону, другую: стеклянных стен куба не видно, какие-то бескрайние водные просторы. Вдалеке проплыли еще несколько рыбешек, покрупнее прежних и с ярко-красными плавниками.

Что-то не припоминаю в нашем бассейне таких рыб. Рыбы-попугаи были, бело-оранжевые клоуны, которые Немо, тоже были, рифовых красавиц недавно запустили, а таких точно не было, как и серебристых в стайке. И вон того розового коралла я тоже не помню.

– Ничего не понимаю, – прошептала задумчиво.

И в следующий миг похолодела от страха. Какие, к черту, рыбки? Какие кораллы? Я дышу, черт побери! Дышу в воде! И говорю не захлебываясь!.

.

Дернулась всем корпусом вперед, пытаясь оттолкнуться и подняться, но получилось только перевернуться на живот. Вот же неудобный узкий хвост! Я потянулась к застежке, чтобы ослабить его, и снова онемела, только от еще большего ужаса: вместо ткани и чешуек из пайеток рука нащупала нечто гладкое, скользкое и явно… живое. Я сделала новый рывок, и мне наконец удалось принять сидячее положение. И рассмотреть то, что было у меня вместо ног. Хвост.