Русский двор в Хорсенсе

А официально приставленная к ней императрицей воспитательница мадам д'Адеркас не только не препятствовала этим свиданиям, но поощряла увлечение своей воспитанницы. Бросалось в глаза, что принцесса избегает общества Антона Ульриха, не стесняясь показать, что принц ей неприятен.

А что же Антон Ульрих? Пока на его долю выпало заниматься лишь войной.

Весной 1737 г. принц отправился в большой русско-австрийский поход на турок. Целью была турецкая крепость Очаков, запиравшая выход из Днепра в Черное море. Кстати, в этот же поход отправился и его младший брат принц Людвиг Эрнст – но только как полковник австрийской армии.

Он командовал полком «Старый Вольфенбюттель», входившим в армию императора Карла VI. В церквах герцогства Брауншвейгского возносились молитвы за дарование победы в боях с «извечными врагами имени Христова» и покровительство Всевышнего обоим братьям.

Дорога к армии была тяжелой, сани и повозки бесконечно ломались, а лошади, на которых пересаживались люди, так уставали, что ему самому порой приходится идти пешком.

В конце мая 1737 года семидесятитысячная русская армия сосредоточилась у Южного Буга, затем переправилась через него, полки построились и двинулись к Очакову. Наконец 30 июня они подошли к крепости, гарнизон которой насчитывал около 20 тысяч человек. По доставленным командующему походом Миниху сведениям, на помощь защитникам Очакова по степи двигался десятитысячный турецкий отряд. Фельдмаршал решил отказаться от длительной осады крепости и рано утром 1 июля попытался взять ее штурмом.

Но солдаты не смогли преодолеть окружавший крепость ров и отступили, оставляя убитых и раненых у его края. Один из очевидцев (австрийский полковник Беренклау) описал ситуацию так: «Мне кажется, что при штурме погибла половина людей, настолько все шло скверно; фельдмаршал, как безумный, сам схватил знамя, пошел ко рву; никто не последовал за ним, кроме принца Вольфенбюттельского и его свиты; казалось, он желал быть убитым, в таком отчаянии он находился».

Миних был в отчаянии, и лишь начавшийся в крепости пожар, почти случайно приведший к взрыву нескольких пороховых погребов, превратил ее в огромный костер, оставив осажденным один выход – сдаваться.

Над стенами пылавшей крепости появился белый флаг.

Из-под Очакова Антон Ульрих написал брату – герцогу Карлу: «Мы взяли, слава Богу, Очаков в 4 дня, и я, благодарение Богу в порядке, как и другие, за исключением пажа Пока, который слегка ранен, а также ранен Геймбург».