Донумы. Книга первая

 – Анита, ты была так взволнована, что произошло?

– Всё в порядке, Одри, мы просто решили забрать Нормана сами, так как были неподалеку.

– Хорошо, а то я места себе не нахожу. Проходите, я приготовлю чай.

Квартира оказалась еще более просторной, чем парадный подъезд дома. Все комнаты были оформлены в светлых тонах и обставлены резной деревянной мебелью. На каждой полке, что встречалась Лизе, стояла какая-нибудь замысловатая фигурка или книга.

– Мамааа! – вбежал в комнату Норман.

Анита заключила сына в самые теплые объятия и принялась целовать в пухлые щечки.

– Норман, как дела? – спросила Лиза.

– Я сделал могущественный меч, сейчас покажу!

Он прибежал так же быстро, как и убежал, и, вернувшись, держал маленькие ручки за спиной.

– Вот, глядите! Он сокрушит всех врагов с одного удара!

– Неужели в шесть лет у тебя уже есть враги? – спросила Лиза.

– Да. Вчера я встретил на чердаке двух кровожадных чудовищ, но они меня испугались, – со всей серьезностью заявил мальчик.

Тетя Одри вышла к гостям в хлопковом переднике и в своих обычных шуршащих тапочках.

Она была низенькая, а полнота делала ее уютной. Она всё время улыбалась, поэтому морщинки с лица никогда не пропадали. Нос картошкой и маленькие губы делали из нее добрую сказочную старушку, а короткая стрижка позволяла выигрышно демонстрировать крупные серьги, которых у Одри было очень много.

– Стол накрыт, – сообщила она всем. – Милая, можно тебя на пару слов? – обратилась она к племяннице и повела ее за собой.

Они поднялись на чердак, который был вовсе не захламленным помещением, как вы могли подумать, а самым настоящим музеем часов.

Эту коллекцию Одри собирала всю жизнь, и каждый экспонат выбирался с любовью.

– Анита привезла сюда вещи твоего отца, так как еще не решила, как с ними поступит. Я подумала, пока они у меня, ты захочешь что-нибудь взять себе. Я, конечно, твоей матери ничего не скажу.

Она сняла на пол четыре коробки и стала нежно и печально рассматривать свои часы.

– Мы с Сэмом провели детство в этом городе, пока не уехали учиться.

Хоть мы и были совсем разные, но любили друг друга самой крепкой любовью. Я знаю, что вы с ним тоже были очень близки. Жизнь – это череда потерь. Но горевать о том, что утрачено безвозвратно, – пустая трата времени.

Лиза смотрела на коробки, не прикасаясь к заветным вещам.

– Я оставлю тебя на пару минут, а потом спускайся пить чай.

Девочка опустилась на колени и с трепетом стала рассматривать каждый предмет.