Верни мою душу

И, раз тебе так хочется упомянуть эскорт – можем сказать, что туда они тебя и тащили. Насильно в рабство. И тут появился я…

– Мой герой, – задумчиво протянула я, заметив, как Паша съезжает с главной дороги в сторону частного сектора города. – А ты правильно едешь?

– Думаешь, я не найду дом родителей? – рассмеялся он. – Нам минут десять ехать. Видишь дома? – он указал рукой в сторону виднеющихся вдалеке крыш. – Мой почти в самом конце. Там парковая зона…

Шумно втянув носом воздух, я старалась справиться с внезапным приступом аритмии.

Или тахикардии… черт его знает, как правильно называется состояние, когда сердце отбивает чечётку об рёбра!

Не бывает таких нелепых совпадений! Ну просто не бывает!

Неужели они соседи?! За что мне это…

– Ты как-то побледнела, – заметил Паша моё состояние.

– В туалет приспичило, – прошептала я, неотрывно следя за тем, куда мы едем.

Точнее, за красный крышей одного из коттеджей. Следила и мысленно молилась, чтобы дом Пашиных родителей оказался хотя бы через дом от дома Андрея.

А лучше через два.

А ещё лучше, если Паша сейчас крикнет: «Шутка! Это вообще не мой город!». И даже если после этого он возьмёт курс на Владивосток – я клянусь всю дорогу улыбаться и травить анекдоты…

Но, как часто бывает в моей жизни, чуда не произошло.

Наоборот.

Всё стало напоминать сюжет психологического триллера, потому что Паша уверенно подъехал к воротам того самого дома, в котором я уже бывала однажды.

Я ошалело смотрела, как он махнул рукой в камеру.

Как перед нами открылись ворота. Как машина покатилась дальше…

– Вот черт, – сипло выдохнула я, когда Пашка остановился рядом с тремя припаркованными здесь машинами.

– Что? – не расслышал мой лже-жених. – О, нас уже встречают!

Пока Паша улыбался во все тридцать два зуба, я с такой силой вцепилась в ремень безопасности, что он противно затрещал.

Из дома действительно вышло семейство Лазаревых.

Что тут сказать. Родители бывшего не изменились. Те же приклеенные к лицам и ничего не значащие улыбки, те же надменные взгляды…

Шумно сглотнув, я смотрела на вышедшего из дома Андрея.

Пять лет прошло… пять лет…

И нет, он не разжирел, как я надеялась. И не облысел. Наоборот, словно стал ещё шире и мощнее, хотя и в моей памяти был…

Да какая разница, каким он был! Прошлое – это прошлое. А вот настоящее…

Кажется, аритмия с тахикардией объединились во мне в новое, неведомое до этого момента заболевание. Тотальный аритмичный тахиздец.