По воле богов. Подарок богини. Книга третья

Даже оттенки голоса отца, когда он их рассказывал, как при этом улыбался или хмурился…

Вивьен нежилась в большой каменной чаше, наполненной горячей водой и разбавленной отваром из ароматных трав. Фати сказала, что травы нужны, чтобы лучше спалось. Вивьен не стала спорить. Хороший сон пойдет на пользу.

Голова покоилась на бортике чаши, глаза закрыты, тело расслаблено.

Боги! Хорошо-то как…

Блаженство.

Фати заглядывала в купальню уже несколько раз, боялась, что Вивьен заснет прямо в чаше.

Оно и немудрено.

– Не переживай, я скоро вылезу, – заверила служанку Вив.

Та, недовольно ворча, ушла.

Она пробыла в воде еще немного, потом вылезла и голышом протопала в спальню.

Хорт! Она забыла попросить Фати приготовить ей чистые полотенца, и теперь вода стекала тонкими ручейками на пол, оставляя небольшие лужицы.

Вивьен с досадой оглянулась на мокрые следы, тянувшиеся за ней по полу, произнесла заклинание, и они исчезли. Развела в стороны руки, и магия вмиг высушила тело и волосы.

Надевать ночную сорочку не хотелось.

Она скользнула голым животом на прохладный гладкий шелк простыни, обняла подушку и, откинув волосы на спину, вытянулась на кровати в струнку.

Наконец-то тишина и покой! И никаких тебе нудных темных магов, привыкших всеми командовать и понукать, ни коварных черных с их гнусными помыслами, никаких магов вообще! Ну, не считая отца и ее саму, конечно…

Разомлевшая, умиротворенная, Вивьен заснула.

***

Ей снился странный сон. Очень странный.

Будто лежит она на кровати в своей комнате, то ли спит, то засыпает.

Внезапно, неизвестно откуда, посреди комнаты появляется Его Светлость лорд Сандэр Моро. Почти голый, в одних домашних штанах.

Да какого хорта!? Вот же бесцеремонное чудовище! Это ее сон, почему даже сюда он является без приглашения?!

Он вольготно располагается рядом с ней на кровати, рассматривает ее, гладит волосы, спину, кажется, целует.

Его хочется оттолкнуть, прогнать, но как? У нее не выходит проснуться, сон словно поймал ее в невидимые сети, опутал ими и держит крепко, не дает вырваться. Она делает еще одно усилие над собой, но получается только перевернуться на спину.

В Моро сразу что-то неуловимо меняется: его дыхание учащается, становится жарким, прерывистым, глаза блестят в темноте, как у ночного хищника.