Яд в его крови

Так что я разумно надеялась, что Лаара ор Гронта мне придется видеть хотя бы не каждую ночь.

– А как же остальные жены?

Хальди замялась. Замолчала ненадолго, очевидно обдумывая, что мне ответить. А потом коротко бросила:

– Вам не надо о них думать, рани.

– А о чем мне еще думать?! – неожиданно даже для самой себя вспылила я. – И что значит это «рани»?

– А вы разве не знаете? – Хальди в недоумении хлопнула рыжеватыми ресницами. – Рани – вежливо обращение к жене раан-хара. Вас теперь всегда так будут называть.

– Мне больше нравилось просто Катара, – пробурчала себе под нос и нахмурилась.

Кажется, вытянуть что-либо из наперсницы у меня не выйдет. По крайней мере, сейчас. А значит, остается лишь ждать и надеяться на благосклонность судьбы.

К сожалению, этим вечером судьба благосклонностью не отличалась. Стоило нам только выйти из купальни, как дверь моей спальни распахнулась – и на пороге возник Лаар. Служанки тут же похватали свое добро и поспешили покинуть покои.

Мы с мужем остались наедине.

На сей раз он был одет куда скромнее, чем в день нашей свадьбы. Не было ни богатой вышивки, ни россыпи бриллиантов, ни сверкающих острыми гранями рубинов. Мужчина был облачен в строгий темно-зеленый шервани, единственным украшением которого служил гербовый знак раан-хара – цветок, пронзенный мечом. Как ни странно, этот простой, скроенный по фигуре наряд шел ему куда больше помпезного брачного костюма. Наверное, потому, что лучше соответствовал характеру хозяина.

Раан-хар медленно двинулся ко мне, одновременно расстегивая шервани. Движения его были четкие, неспешные, как и в первую нашу встречу оставляющие чувство небывалой выверенности. Серые глаза смотрели пристально. За те несколько шагов, что нас разделяли, он, казалось, успел ощупать взглядом каждый клочок моего тела.

Я же застыла, боясь пошевелиться. Чувствуя себя крохотной полевой мышкой, замершей пред удавом. На короткое мгновение в холодных глазах мелькнуло предвкушение.

Странно, но холод в его взгляде пугал меня куда больше, чем огонь желания. Я буквально чувствовала исходящую от мужчины опасность, а еще очень не вовремя вспомнилась собственная вчерашняя беспомощность. И пришло понимание – что бы он сейчас не вздумал со мной сотворить, я не смогу оказать ему сопротивления.