Сквозь тучи к свету

Нам вон, снова не довезли материалов. Мы же не можем из воздуха строить, – Федор Андреевич развел руками.

– А почему не довезли? Это твоя работа, между прочим, все контролировать. Ты за нее деньги получаешь, если я не ошибаюсь. Вот как мне отчитываться?

– Михалыч, пойдем в бытовку, тут шумно и нормально поговорить не получится, – предложил прораб.

– Ну, пойдем. Если есть о чем говорить. Послушаю тебя, – недовольно кивнул Глеб.

Больше часа мужчины провели в небольшом вагончике, ведя разговор на повышенных тонах, периодически подкрепляя свою речь нецензурной бранью, которая разносилась на всю стройку.

Домой Глеб уехал в самом отвратительном настроении, завтра придется идти на ковер к главному и врать в глаза заказчику, что у них все в ажуре. Главное, чтобы ему поверили, а для этого придется ой, как сильно постараться.

«Надеюсь, хоть Ленка, бездельница, снова про ужин не забудет, со своими побрякушками», – подумал он и включил музыку в машине громче.

***

Он любил возвращаться домой.

Всего каких-то четыре часа, сотни километров за спиной и вот он, родной Питер. Кирилл ступил на пирон и вдохнул полной грудью вечерний воздух, смешанный с запахом вокзала, майской свежести и чем-то еще неуловимым, знакомым с детства. Забросив на плечо спортивную сумку с вещами, парень направился к входу в метро.

Восемь лет Кирилл постоянно жил на два города. Еще в школе он решил, что будет учиться в Москве, в самой Бауманке, и после одиннадцатого класса, не без труда, но поступил.

Конкурс был огромный, но и амбиций у молодого человека было не меньше.

Мама с сестрой долго плакали от радости, когда его зачислили, а папа, пряча скупую слезу, гордо пожал ему руку.

Первые годы в чужом городе давались непросто: комната в общежитии, днем учеба, вечером подработка. Родители помогали деньгами, но долго сидеть на их шее он не собирался. На третьем курсе для прохождения практики он попал в одну крупную компанию. Его руководителю очень понравился молодой и перспективный студент.

Кириллу предложили остаться и продолжить работать дальше, совмещая с учебой, естественно. Он перевелся на заочное, сдав большую часть зачетов и экзаменов в конечном счёте потерял всего полгода.

За полный рабочий день ему платили достаточно и в скором времени он смог снять небольшую студию и съехать из гудящей студенческой общаги. Парень ликовал в душе – вечно спешащая и местами жестокая Москва приняла его в свои прохладные объятия.