Дракон в мантии 4. Дипломатическая неприкосновенность

Пройдя чуть дальше я нашла столовую. То есть полная автономия. К аркарцам меня не планировали пускать даже на обед. Ну ничего, мы подождем ночи.

Наугад достала из книжного шкафа в кабинете увесистый томик и опустилась в мягкое кожаное кресло. Ну-с, оценим здешнее творчество.

– Заорра Избранная, вы здесь?! – Я с трудом вынырнула из книги и уставилась на дверь, в которую забарабанили. Потом, правда, постучали еще раз, но уже более деликатно, без надежды достучаться до спящего разума.

– Да-да, войдите! – встрепенулась я.

Книга неожиданно оказалась завлекательной и легкой, несмотря на серьезность темы: “Происхождение и краткая история Дворфов. Том 1”.

Ко мне, почтительно кланяясь, заглянул Торн. Вот уж кого меньше всего ожидала тут увидеть!

– Ваша милость. – Он двумя руками передал мне запечатанный сургучом бумажный конверт. – Встречи с вами просит посол народа туатта – Эолин Ларрен. Изволите принять?

– Принять? – Я распечатала конверт. Внутри был плотный лист гербовой бумаги, на котором затейливым почерком с завитушками было выведено короткое бюрократическое послание о ниспрошении у меня высочайшей чести аудиенции.

Простая бумага, простая формальность. Политес, чтоб его! – Да, конечно, зовите.

Что я, в конце концов, теряю? А так, посмотрим на загадочных туатта, подпортивших нам не один литр крови. Чувствую, торчат из этого дела их острые уши.

– Изволите позвать в зал для аудиенций? – Торн взял ситуацию в свои руки. Я кивнула. – Тогда я распоряжусь проводить заорра посла.

Сможете подойти к нему через десять минут.

Дворф снова с достоинством поклонился и вышел. Я откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. События начали закручиваться в тугой узел и явно не так, как мы планировали. Не знаю, предвидели ли это Максимилиан и Сайриус, но что-то мне подсказывает, что нет.

Меня уже ждали. Визитер стоял у столика, словно гвардеец почетного караула, даже не думая присесть или опереться. Не знаю почему, но смотрелся он все равно расслабленно и естественно.

Туатта был красив и холоден, аки мраморное изваяние. Высокий, аристократически бледный, с четкими заостренными чертами лица, медово-зелеными миндалевидными глазами и длинными платиновыми волосами. Он чем-то неуловимо напоминал Гордина, и в то же время так же неуловимо от него отличался. Уж не знаю, как объяснить проще. Мужчина был закутан в серебристо-голубой плащ с травянисто-зеленой каймой, в которой угадывался рельефный рисунок.