Дракон в мантии – 2. На дальних берегах

– Ты видел, видел? – набросилась я на Аджима с расспросами, едва мы завернули за угол. – У нее клыки! В Инквизиции служат вампиры?!

– Какие вампиры, Медь? – отмахнулся он. – Обычная Гончая, ничего особенного.

– Гончая?

– Дозорный, подвергшийся изменениям с помощью зелий и заклятий. Так повышаются физические, психические и магические характеристики, вырабатывается устойчивость к ядам и темной магии, снижается усталость и чувствительность к боли. Да, есть некоторые побочки, но из видимых, пожалуй, только клыки и вертикальные зрачки.

Ничего страшного.

Мне казалось, что самое страшное в Инквизиции это как раз Гордин! Еще никогда я так не ошибалась. Да он тут самый милый и адекватный. Добрейший души человек. Прям из разряда “Необъяснимо, но факт".

Архимаг уверенно вел меня пустынными лестницами и коридорами со множеством дверей. Расстеленные дорожки приглушали звуки шагов и еще больше усиливали чувство пустоты и обреченности. Не хватало только надписи на входе “Оставь надежду всяк сюда входящий”.

А может, она и была, но я ее не заметила. Наконец, мы остановились около одной из дверей, и Аджим постучал.

– Войдите! – возвестили из-за нее голосом Инквизитора. Мы вошли и…

– Совсем забыл тебя предупредить, – виновато прошептали мне на ухо, – у нашего друга несколько… э-э-э… необычное хобби. Таксидермия. Вот.

Это действительно было “вот”. Прям даже “ВОТ”. В кабинете, в целом довольно аскетичном и минималистичном, стояли несколько чучел. И ладно бы волчки-лисички-белочки.

Их жалко, но хотя б привычно. Но это были чучела чудовищ. Прямо у входа ерошила перья на теле полуженщина-полуптица с клювастым лицом, чуть дальше сидел паук величиной с поднос. У рабочего стола, обтянутого зеленым сукном, скромно притулился осьминог с клешнями, а с книжной полки свесила хвост змея с нетопыриными крыльями.

Похоже, я ОЧЕНЬ СИЛЬНО погорячилась, когда подумала о мессире Маре, как о милом и адекватном человеке. Плюс сильное впечатление произвела наглядная демонстрация местной недружественной фауны.

С недружественной флорой меня, кстати, познакомили в первую очередь – с полуразумным хищным львиным зевов. В кабинете у Норала стоит. Арчиком зовут.

– Аджим, Медь? Какими судьбами? – Гордин поднялся нам навстречу. Среди всего этого безобразия он смотрелся очень органично. Прям чувствуется – родная стихия, любимое рабочее место. На уголке стола лежал подаренный мною "Молот ведьм". С закладочками. Милота. И главное, в антураж вписывается.