М-2 Тула-Москва

По вечерам здесь собирались компании молодежи и местных пьянчужек, распивающих самую дешевую водку, а днём это было пристанище старшеклассников, где они курили, прячась от учителей. Кирилл достал сигарету, долго пытался прикурить, но ветер, будто издеваясь над ним, всё время задувал огонь. Лере он не предложил сигарету, тогда она достала из кармана пуховика пачку «Dunhill» с ментолом, такую же, как у Алины. На Леру жалко было смотреть, её болтливость мгновенно испарилась, она стояла с сигаретой в руке и со слезами в круглых, серых глазах, но Кирилл старался отбросить излишние сантименты и не отказаться от задуманного.

Он помог Лере прикурить и всё-таки решился на разговор, дававшийся ему с трудом.

– Зачем ты всем растрепала, чем мы занимались дома у Егора?! Я же просил не рассказывать никому о наших отношениях!

Лера начала плакать. По щекам потекли слёзы, смешиваясь с тушью, образуя тонкие, чёрные ручейки.

– Кирюша, я никому ничего не говорила, только Кате!

– О каждой нашей встрече знает вся школа!

– Это не я! – хныкала Лера.

– А кто?! Я не хочу быть всеобщим посмешищем, а с тобой именно так себя и чувствую! Мне это надоело! Личная жизнь должна оставаться личной!

– Кирюша, но я же ни одного плохого слова о тебе не сказала! Наоборот, все подружки знают, какой ты у меня хороший, самый лучший!

– Почему ты не понимаешь? – Кирилл со злостью выбросил недокуренную сигарету. – Дело не в том, каким ты меня описываешь подружкам, а в твоём болтливом языке!

Кирилл хотел продолжить, добавив, что дело также в её пустой голове, и в том, что он постоянно думает о другой, но промолчал.

Только махнул рукой и быстрыми шагами пошёл прочь. Лера хотела бежать за ним, но Кирилл остановил её.

– Не ходи за мной! – и быстро скрылся из видимости за снежной стеной.

После расставания он почувствовал облегчение, но, с другой стороны, было так мерзко на душе, особенно, когда в школе приходилось встречаться взглядом с Лерой и видеть в серых глазах тоску, несвойственную девушке подобного склада характера.

При любой возможности она пыталась объясниться с Кириллом. Несколько раз подсылала Катю с одинаковыми по содержанию записками:

«Прости меня, котёнок! Я больше так не буду. Я никому не проболтаюсь о нас с тобой. Обещаю!»

«Любимый, я скучаю по нашим встречам. Прости меня!»

«Кирюша, я тебя люблю! Не обижайся на меня, пожалуйста!»

Когда десятая по счёту записка была выброшена в мусорное ведро, Кирилл перестал их читать.