Пуля для тантриста

Наверно, Богу все же важнее что-то более существенное: биоэнергетика души? Хотя, и это, возможно, зависит от питания, и тогда посты вовсе не ерунда, и помыслы наши тоже. И все наши насилия над собственной душой и волей во имя веры, значит, имеют смысл. Во имя веры.

– Да чего ты напрягаешься, – пошел в наступление женский голос. – Даже смешно, честное слово. Хочешь верить – верь. Желаешь – молись. Выбери себе религию по вкусу – и в путь. «И каждому воздастся по вере его». Аминь. И все проблемы. Чего тут философствовать-то.

Я, например, верю в Христа. А что, молодой, симпатичный, и не бабник. Принципиальный, с характером, то что надо. Это м о й мужчина! Святые угодники мне тоже нравятся. Ну и все остальные тоже. Сильные личности. Еще мне нравится носить изящный крестик на серебряной цепочке, красить яйца на Пасху, и гадать в Крещенье. Также я верю в переселение душ, и надеюсь в следующем рождении появиться в семье какого-нибудь австралийского миллиардера.

– Ну и дождь! Во ливануло!

– Это что. Вот на прошлой неделе было похлеще, такой ураган, чуть окна не повышибало! Это был Бог дождей, страстный, как любовь! – взвился другой женский голос.

– Ольга в своем репертуаре.

– Нет, правда же!

Ольга прошлась по веранде и села на скамейку возле Варенникова. У него ёкнуло в сердце и где-то ниже пояса.

– It was super! – продолжала она, чуть откинув голову. – Look: The window бухнуло и распахнулось от удара ветра, like after explosion… Тугая струя воздуха рванула шторы. Они взвились и судорожно забились о стены… Что-то крутилось в бурлящей вспыхивающей тьме за окнами, металось среди молний… Это было еще в Москве, на прошлой неделе, я же сказала.

Я высунулась на балкон, чуть приотворив дверь. Порыв ветра накрыл меня с головой, отшвырнул внутрь комнаты, и яростно треснул дверью по корпусу телевизора. В комнате было все не так. Летали рукописи и газеты, раскиданные сквозняком, по полу ползли журналы. На стене трепетала карта мира, и раскачивались тяжелые картины в рамах.

– Ну это уже целая поэма в прозе, – перебили ее.

 – Знаем-знаем, ты талантливая.

– А Сашко-то наш оклемался, – кивнули на Варенникова. – Оля, это ты на него благотворно действуешь.

Александр потянулся, сел и произнес: « Да». Ему предложили кальян, и он с удовольствием сделал несколько долгих затяжек. Вода в кальяне бурлила, угольки дымились, сладкий дым отдавал малиной и морошкой. «Это запах Ольги», – подумал он. Раньше она носила очень короткие юбки, но сегодня была в джинсах.