Личная ведьма Палача

Стоило выйти на оживленные городские улицы и снова все внимание прохожих было устремлено на нас, а ведь теперь я была вполне прилично, даже скромно, одета.

– Нет, все же это вы, господин Палач, привлекаете так много внимания, – тихо буркнула, идя за его спиной, – спасу нет от этих взглядов.

– Будь снисходительна, Кайлин, не каждый день горожане видят Палача в компании не приговоренного к казни человека.

– Я что, новый повод для сплетен?

Кажется, выбирая безопасность дома Палача, я не совсем понимала весь масштаб возможных изменений в моей жизни.

– Нет, ты…

Кто я, Палач не успел сказать, мы свернули к торговым рядам и на нас обрушился шум рынка. Продавцы зазывали купить их качественный товар, покупатели отчаянно торговались, прохожие громко обсуждали между собой последние новости города, дети сновали между ног в надежде или умыкнуть спелые фрукты с лавок торговцев, или поживиться монеткой-другой от щедрых взрослых. Запах в воздухе стоял такой, что было непонятно: то ли бежать отсюда, то ли скорее бежать сюда.

Все смешалось: и аромат свежей выпечки, и рыбий душок, и запах коптильни, где вот прям при вас заготавливали мясо, а также ароматы трав, пряностей и сладостей. В торговых рядах жизнь всегда кипела, и тут можно было не только закупить продукты, но и узнать все сплетни города.

Вот и сейчас проходя мимо прилавков, я краем уха слышала разочарованный шепоток, что вчерашняя потеха не увенчалась успехом, – не иначе речь обо мне, – о том, что муж продавщицы солений сидит дома со вчерашнего вечера и боится выйти на улицу; даже о том, что Палач теряет хватку, раз не распознал правду.

О последнем зычным голосом рассуждал один из молодых мужчин, он стоял в компании более старших мужиков и, активно жестикулируя, рассказывал, как вот вчера…

– Кажется, зря ты меня вчера спас, – окинув взглядом увлеченную компанию, подошла ближе к Палачу и зашагала рядом с ним по левую руку, – некоторые уверены, что ты ошибся.

– Я не ошибся, – Палач даже не повернулся в мою сторону, – у меня нет возможности ошибиться.

Скосив взгляд, еле удержалась от пренебрежительного “ну-ну”. В конце концов, кто я такая, чтобы спорить? Пока этот человек уверен, что я невиновна, мне же лучше. А то, что мужики не догадались обвинить меня в ведьмовстве, я только рада.

– Лини, Лини-и! – тонкий голосок прорвался сквозь гул толпы и я едва успела чуть наклониться вперед и подставить руки, как в мои объятия маленьким ураганом влетела Маришка.