Прибить нельзя любить!

Хотя были и более смешные и нелепые. Такие, например, как нелюбовь лэра разговаривать по утрам. Его маниакальной любви к работе, воспоминания о том, что Райден не любит есть кашу, причем с самого детства, и многое-многое другое. Все так сразу и не запомнить. Да мне это и не нужно. Список я любовно упаковала с собой. Не знаю, насколько он мне пригодится в работе, но если получится построить с лэром хорошие, приятельские отношения, а я на это очень рассчитываю, то оставлю ему этот список в подарок перед тем, как покинуть закрытый мир.

Ну а почему бы и нет, в конце концов, мужчина вправе знать, кому должен быть благодарен за свое семейное счастье. С каждым днем я все чаще ловила себя на мысли, что зря взялась за этот заказ. Ведь он нарушал мое самое главное правило – у мужчины должна быть невеста. Иначе как мне его женить? Но возможность побывать именно в Лиордании, в самом сердце этого мира Лордии… Нет, такой шанс я упустить не могла, даже если в конце не получу остаток обещанных кредитов.

В день отъезда Тэрри провожал меня, тщательно скрывая подозрительно покрасневшие глаза. И если кто-то из случайно заметивших это проявление слабости мог бы предположить, что мужчина расчувствовался перед расставанием со мной, то я точно знала, что причин слезящихся глаз этого творца красоты было всего две. Несколько бессонных ночей и самая обыкновенная зависть!

– Лисандра, но ты же узнаешь, вдруг все же будет возможность прислать мне приглашение в Лиорданию.

Представляешь, как бы я там смог развернуться, – тихо бубнил приятель, семеня за мной в сторону центра телепортаций. – Вот спросят тебя местные модницы, где ты взяла столь чудные наряды, и что ты им скажешь?

– Что у меня есть личный портной, который шьет мне эксклюзивные наряды. Пусть завидуют.

– Жестокая ты женщина, Лисандра Мар, – Тэрри прижал пухлые ладошки к груди и горестно вздохнул, – это же какая прибыль мимо наших карманов?!

– Тэрри, радость моя, – остановившись, я обернулась, – то, что мои платья произведут хоть сколько-нибудь хорошее впечатление в закрытом для нас мире, весьма сомнительно.

Давай просто верить в лучшее!

– Ты сомневаешься в моей работе?!

Вот теперь возмущение в голосе Курша было весьма и весьма искренним. Более того, щеки мужчины гневно раскраснелись, а в глазах зажегся недобрый огонек. Ой, ну все, задела творца за живое.