Нежная для чудовища

А моё проклятие – единственный шанс. Пусть хоть пытает – ни одной эмоции не передам, пока не пойдёт на уступки!

Или… Это же торг.

Решаюсь дать маленький аванс.

– Счастье, – шепчу, передавая радость от маминых объятий.

Мгновение, которое меняет всё. Мужчина застывает каменным изваянием. Губы его приоткрываются, и оказывается, что они пухлые и красиво очерченные. Эти создания действительно боги. Тела их совершенны, но созданы не для любви. Они рождены убивать… Может, стражник прав и пришёл конец света?

Предводитель смотрит на меня не моргая, выглядит ошеломлённым.

Я хмурюсь. Если чудовище имеет божественное происхождение, почему его так удивляет моя способность? Зачем ему снова и снова убеждаться в существовании моего дара?

– Ещё, – жадно выдыхает мужчина.

– Нет! – вырываюсь из его рук и вжимаюсь спиной в стену. Ноги едва держат, но я решаюсь торговаться до конца… Каким бы он ни был. – Отпусти мою семью.

 – Срываюсь на крик: – Слышишь, чудовище?! Пока не увижу, что они на свободе, ничего тебе не покажу!

Он выпрямляется, и я осекаюсь. Но головы не опускаю, смотрю твёрдо, и от собственной дерзости и решительности почти теряю сознание. Чем ответит божественный воин? Убьёт человека на месте? Или…

Мужчина молча разворачивается и идёт к выходу.

– Эй! – вырывается у меня. – Мы не договорили!

Но дверь за монстром захлопывается, и я снова остаюсь одна.

Лишь свет погибших сестёр богини шёлковым серебром стелется по каменному полу.

Глава 4

Проходит ночь, наполненная ежесекундным ожиданием наказания. Я не отрываю взгляда от закрытой дери. Заперта ли она? Замок? Засов? Да какая разница, если я всё равно прикована к стене. От перенапряжения глаза слипаются, но я мотаю головой и подавляю зевоту. Заставляю себя смотреть на выход…

Ведь это – вход для них. Существ, которым чуждо сострадание.

С ледяными взглядами, каменными сердцами и непробиваемой кожей. Вид переливающихся фиолетовым чешуек пугает не меньше, чем острые мечи в руках небесных воинов…

У меня всё больше подозрений в их божественном происхождении. И дело даже не в странном внешнем виде и неуязвимости. Они прекрасно говорят на тэтиэнском, будто родились в Рессуре, а ведь даже у иустов после обучения нашему языку сохраняется заметный акцент.