Приключения дроу Грома

Например, я знал, что если направить боевой эхар [3 - Эхар – сгусток энергии, силы, предназначенный выполнить какую-либо миссию, донести заклинание до цели.]в первое левое окно ближе к середине, то он пройдет насквозь здания, срезав крюк, на котором висит канделябр со свечами в главном зале.

Крол проснулся мгновенно, как только я проявился в комнате. Вот что значит, настоящий воин! Он беззвучно рванулся с постели, выпуская в мою сторону алую дугу. Я вознесся к потолку и швырнул в него первое проклятие, что пришло на мой, еще не окончательно проспиртованный, ум.

Крол беспомощно обмяк и воспарил к потолку, периодически долбясь об него спиной. Я подлетел к нему и попытался понять, что же я наделал. Не получилось. Значит, деактивировать проклятие не удастся. Может, друганы помогут?

Ухватив бесчувственного Крола за руку, я телепортировался из здания. Вне дома дроу выскользнул из моей нетвердой руки и полетел вверх, смешно болтая на сквозняке безвольными конечностями.

– Слышь, – прошептал мне Миртграф на ухо, – а на кой он тебе сдался?

Я пожал плечами, ибо уже и сам не помнил – зачем.

Но раз сделал, значит – просто необходимо! У самого свода пещеры Крол очнулся, и сверху на меня посыпались проклятия. Тут меня осенило и я, накрывшись полусферой, легко взлетел к преподу. Эх, получалось бы у меня так всегда!

– Крол, послушайте меня. Вы хотели яйцо дракона, и я вам это организую. Теперь мы оба умеем летать, поэтому будет проще…

– Проще – чего?.. – Дроу смотрел на меня испытующим взглядом.

Какая злость плескалась в этих глазах! Он убил бы сейчас меня на месте, не будь я преемником Повелителя. Но яйцо видимо было ему действительно необходимо. Так что, изрядно поборовшись с собой, он кивнул: – Ладно, мальчишка, но я не могу управлять полетом…

– Ничего, я вас привяжу, и мы полетим в паре, – я ухмыльнулся, представив картину со стороны.

Крол, видимо тоже, судя по еще больше скривившемуся лицу. Пробормотав коротенькое бытовое заклинание, я почувствовал между нами связь.

Я сделал парням внизу ручкой, и мы полетели к жерлу.

Я наслаждался ситуацией, вовсю кривлялся, старательно изображая ездового дракончика. Преподу было все равно, но я старался не на публику, сам получая изрядное удовольствие от процесса.

Когда мы покинули пещеры, уже начинался рассвет. Небо на горизонте развернуло каемку, словно золотая фероньерка на челе девчонки. Ветер остервенело набросился на нас сторожевым псом и, нетерпеливо толкаясь, загнал в промозглые облака.