У смерти две руки

Ать за ногу! Кого я обманываю? Он уже превратился!

Я подхватила подругу за локоток и увлекла к выходу. Свою любимую драную косуху я обнаружила валяющейся на полу. Судя по следам, по ней прошёлся весь хвалёный клуб. Я хмыкнула: вот тебе и джентльмены! Получим с них деньги, сразу отнесу в химчистку. А пока придётся походить так. Я покосилась на Ладу и неуверенно подхватила старенький шлем, который моя извечная соперница по гонкам хмуро позволила надеть на себя. Я кивнула на прощание Андрею и вытолкала подругу за дверь.

– Метлу не забудь, – ворчливо бросила я и быстро двинулась к своему старенькому скутеру.

Поставила ногу на полик и поджидала подругу, нежно протирая потрескавшийся жёлтый бок. Лада угрюмо устроилась позади меня, неловко махая метлой. Затылок мой взорвался от боли, подруга нервно хихикнула:

– Прости. Как хоть её приладить-то? Можно я потом её заберу? Или ты завезёшь как-нибудь…

Я сжала зубы и отрицательно помотала головой.

– Вот уж нет! Я к метле ни за что не прикоснусь.

Лада вздохнула и просто вытянула руку в сторону, удерживая древко вертикально. Скутер медленно двинулся, яркое солнышко лезло мне в глаза, плечи моментально нагрелись под чёрной кожей косухи, подмышки вспотели. Андрей всегда недоумевал, почему я летом таскаю кожанку. Но парень ни разу не падал со скутера, а мне приходилось, и не раз. Разодранные об асфальт локти заживают неприятно долго…

– И чего так медленно? – недовольно прокричала Лада.

– Ать за ногу, – проскрипела я себе под нос.

– Что?

– Лада, это всё, что я могу из него выжать, – громко ответила я. – Чесслово!

Подруга нетерпеливо ёрзала за моей спиной, метла раздражающе маячила справа. Я молчаливо терпела, понимая, как противно метловой гонщице тащиться со скоростью пятьдесят километров в час… В лучшем случае, пятьдесят. Спидометр давно не работает. Мимо величаво проплывали кривые обрезки берёз в игольнице спиленных веток. Пахло сухими листьями. Впереди то и дело с сердитым жужжанием пролетали блестящие автомобили.

Дом Антона встретил нас весёлым шумом ветра, затерявшегося в листьях ещё не опиленных деревьев. За рябыми берёзками стыдливо скрывалось длинное одноэтажное здание. Многочисленные окна радостно блестели, словно приветствуя хозяйку. Я свернула на серую дорожку, в стороны полетел мелкий гравий, колёса прокручивались. Я остановилась, щёлкнула опора, Лада мгновенно соскочила, метла в её руках описала круг.