Я – раб Ламповой, или Как укротить миллионера

На карточке хвостатой тоже денег немного, но на мой план вполне хватило, и, когда все было готово, я вышел из комнаты. Поймал за плечо пискнувшую, будто мышь, девчонку:

– Где помыться можно?

– Душ в конце коридора, – косясь на распахнутую дверь в комнату хвостатой, пролепетала она.

Я сжал челюсти до скрипа зубов и, призвав все свое мужество, направился в указанном направлении. Отец еще поплатится за то, что сунул меня в эту клоаку. Тут даже вода странно пахнет! А мыться приходится мылом, похожим на кусок застывшей грязи.

Но отступать Джинн не привык. Три желания? Не вопрос. Никакого секса? Да девка сама на меня запрыгнет, и общага будет содрогаться от ее криков.

Когда я, отмытый до скрипа кожи, накинул на бедра полотенце и вышел из каморки под названием «душ», будто снова очутился на Ибице. Стало тесно от заполонивших коридор хихикающих девиц. При моем появлении раздались возгласы, и захотелось попятиться.

– Джинн, – доносилось до меня. – Это же сам Джинов! Девочки, он великолепен! Ах, какое тело!

Я расправил плечи и двинулся сквозь толпу.

Ну не порвут же они меня на самом деле? А чем больше вокруг восторженных девиц, мечтающих хоть прикоснуться, тем проще завоевать ту, что нос задирает. Срабатывает инстинкт соперничества. У Ламповой не останется ни шанса.

В комнату уже доставили заказ из соседнего ресторана, на кровати лежал длинный рулон и мешок шариков. Я обернулся и с улыбкой посмотрел на группу поддержки, что с любопытством заглядывали внутрь:

– Я буду очень благодарен тем, кто поможет мне признаться девушке в любви.

Мордашки на миг погрустнели, но тут же девчонок захватило радостное безумие. Одни принялись надувать сердечки-шарики, другие, распахнув окно, разворачивали транспарант, третьи накрывали стол… Откуда они его притащили? Впрочем, какая разница?

Я натянул джинсы и, ощущая на себе десятки жадных взглядов, отбросил полотенце. Из окна дуло, кожа мгновенно покрылась пупырышками, но я мужественно переносил невзгоды. Хвостатая должна видеть мой совершенный торс.

Это дополнительный бонус, который в конце концов бросит ее ко мне в объятия. Усмехаясь, я сунул во второй, не оторванный, карман джинсов пачку презервативов.

Осмотрел, все ли готово к встрече моей «любимой».

В комнате горели свечи, на столе красовались ресторанные блюда. Внизу, под окнами, толпился народ, каждый держал по дурацкому шарику в виде сердечка. А из окна, колыхаясь на весеннем ветерке, свисал огромный плакат с экспресс-фото хвостатой.