Муж моей сестры. Порочная связь

Один раз забудешь полить, и всё, он завянет.

– Ты молчишь. Считаешь меня плохим человеком? – произносит он без капли радости в голосе.

– Я молчу, потому что понимаю, что тебе было непросто в этом, признаться. Я думаю о том, что ты неплохой, потому что нет плохих или хороших людей. Мы все одинаковые. Нас различает только то, как мы относимся к тем поступкам, которые совершаем.

На самом деле я даже думаю, что он смельчак. Ведь не каждый в таком признается. А самое главное – это потом не винить себя в том, что ты сказал или сделал.

– Я не была с мужчиной уже больше семи лет, – выдаю я ему свою голую правду.

– Этого не может быть. Я отказываюсь в это верить.

– Почему? – наши взгляды встретились.

– Да потому! Невозможно находиться рядом с тобой и не хотеть тебя. Ты ходячая доза конского возбудителя. – Проговорил он это с полной серьёзностью в голосе, а я засмеялась так громко, что из глаз пошли слёзы.

– Мне ещё никто подобного не говорил!

И так захотелось, чтобы мы с ним встретились раньше, чтобы всё это время моего одиночества он был рядом, проходя все трудности и невзгоды, держа меня за руку.

Я уже давно не задумывалась об отношениях до встречи с этим мужчиной. Оказывается, это безумно приятно, когда с тобой есть сильное плечо, на которое ты можешь опереться. Я совсем забыла, что это и как.

– У меня был брат, – заговорил Оскар. – Он был младше меня всего на пятнадцать минут. И на правах старшего брата я брал на себя обязанность следить за ним и защищать. Мы с ним были совершенно разные, но родителей всегда просили, чтобы они покупали нам одинаковую одежду, игрушки.

Когда пошли в школу, я защищал его, он ведь был младше, слабее. А когда подросли, у нас даже девчонки одни на двоих были. Мы всегда находились вместе, даже когда ругались, то тоже не отходили друг от друга далеко. У нас была команда. Я был красавчик, а он умник. Я никогда не понимал его рвения к учёбе. Он постоянно что-то зубрил, даже когда я его на тусовки с собой брал, он и то умудрялся там что-нибудь учить. Ну, или кого-нибудь! – он усмехнулся. – А потом его не стало. Это был единственный день, когда меня не было рядом.

Оскар замолчал. Его кадык ходил ходуном, как и скулы. Ему трудно было об этом говорить. Не сомневаюсь, что я первая, кому он признался о том, что винит себя в смерти своего брата. Но он не был виноват.

Мне захотелось прижаться к нему и забрать всю боль на себя. Вырвать её с корнем. Он чувствовал свою вину в смерти брата, и это душило его.