Свободный полёт. Фантастические повести

Собачку Юлька завела уже давно и случайно. Вернее так вышло, что это собачка себе Юльку завела. И не мудрено. Предки Юлькины из народа Коми, без собаки свою жизнь вообще не представляли. Давным-давно, когда людей коми называли зырянами и вместо республики исправительных лагерей для воров, убийц и всяческой контры, не разделяющей мировозрение политики партии и правительства с соседями, родственниками и коллегами по работе, стояли среди пармы (карельской тайги) хутора и села промысловых охотников, для которых понятие красть считалось бессмысленным.

Самым большим грехом у них была трусость на охоте, а самой большой ценностью в хозяйстве – собака. Тогда люди, уходя по делам, подпирали дверь избы поленом, чтобы хорьки и лисицы в доме не набедокурили. А от кого еще? Не от соседа же! Теперь в тех краях все иначе и по Сыктывкару, Ухте, Усинску и Воркуте бегают бездомные Кабыздохи с Трезорками, и не найдется такого простака, который не запрет на три замка двери, просто подперев их поленом.

Юлька, хоть и детдомовская, но кровь зырянскую никакое образование и воспитание не вытравят. Кровь охотника и звериного следопыта, который не стал бы палить, абы убить и освежевать. Быть зверю не убийцей, а равным соперником. Недаром песня про Найду была одной из любимых. Впрочем, ее тогда многие пели.

Ночь матерой волчицей свернулась в клубок,

но не спит, а скулит и бредит.

Где-то там, за лесами, в глухой степи,

на ее охотятся волка.

А она в ошейнике, на цепи

залегла в конуре собачьей.

И зовет хозяин Найдой ее,

он не знает, кто эта Найда.

Королева просторов калмыцких степей

и гроза табунов сайгачьих.

Крошит зубы о звенья стальные цепи,

предвкушая хозяйское горло.

И уже за вожачкой пришла

и кружит за селом нашим стая.

Все собаки в округе поджали хвосты

и скребутся в хозяйские двери.

Брат мой, дома сиди, то не ветер в трубе,

это волки затеяли песню.

Пусть они этой ночью терзают овец,

Пусть насытятся алою кровью.

Нам бы ночь переждать.

Пусть они наконец уведут за собой нашу Найду.

К собакам ее тянуло сызмальства. Чуяла она с ними какую-то древнюю связь. И собаки ее натуру чуяли за версту. Вот так, однажды вечером, после новогодних праздников, подбежала к ее ногам Трезорка, уткнулась носом в ботинки и дрожала, и скулила, пока Юлька не взяла ее на руки и не унесла домой.

В любой дворняжке можно обнаружить следы высокопородных предков.