Неясные часы

«Ну, конечно же, – подумала я, зачарованно следя за игрой света, – это его спальня».

– Мне нужна ваша помощь, – сказала я Ладыгину, направляясь к двери.

Когда мы пришли в столовую, принеся сверток, и, развернув ткань, достали шкатулку из серебра, воцарилась глубокая тишина.

Через некоторое время одна из брюнеток произнесла высоким голосом:

– Это что, розыгрыш?

– Нет, – ответил Ладыгин и поставил шкатулку на обеденный стол, затем он вынул из свертка бархатный мешочек и достал из него небольшой серебряный ключ.

Сопровождаемый прежним молчанием, Ладыгин медленно и осторожно вынул из шкатулки сначала парюру[4 -

Парюра – набор одинаково оформленных ювелирных украшений.]1, включавшую бант-склаваж[5 -

Бант-склаваж – ювелирное украшение в виде банта, предназначенное для ношения на шее.]2 и серьги-жирандоли[6 - Серьги-жирандоли – серьги в виде трех подвесок.], отделанные изумительной синевы сапфирами, потом тиару[7 - Тиара – разновидность украшения для головы, похожая на диадему.

], украшенную рубинами, золотую фероньеру[8 - Фероньера – лента или обруч с драгоценным камнем, надеваемый на лоб.] с черным бриллиантом, а также корсажную брошь в виде цветочного букетика с александритами, аквамаринами и бриллиантами. Последней вещью в шкатулке оказался жемчужный воротник. Почти все украшения – работы не позже начала девятнадцатого века.

– Нет, и все-таки то, что вы сделали, – это просто фантастика! – качая головой, произнес Ладыгин, когда мы уже ехали в автобусе, возвращаясь в город.

– Да нет здесь никакой фантастики, – улыбнулась я. – Все дело в книге да в зеркалах.

– В какой еще книге? – удивился он.

– У княгини Белореченской было четверо детей: три дочери и сын, – сказала я. – Сын в пятнадцатом году был тяжело ранен и контужен на полях Галиции. Стремясь поправить его здоровье, княгиня перевезла его сюда, в Крым, на семейную виллу. Юноша не мог ходить, так как был прикован к постели. Его спальня находилась на первом этаже, в дальней комнате.

Вилла, как вы сами видели, располагается далеко от города. Соответственно посетителей на ней было немного. А мальчик очень хотел жить, ведь ему было всего девятнадцать лет. Страдая от ран, он начал писать стихи. К сожалению, юг ему не помог. Он умер. В память о единственном сыне, княгиня издала сборник его стихов. Тираж, по нашим меркам, очень скромный – всего пятьдесят экземпляров; он предназначался только самым близким, друзьям и родственникам.