Наши ожидания

– Вот теперь Прялкины по-настоящему развелись, – сказала Кире стоявшая возле подъезда соседка, которая проживала на первом этаже.

Кира удивленно посмотрела на женщину.

– Они же мебель вывозят, – пояснила соседка, – чего раньше никогда не делали.

Прялкины жили на четвертом этаже и имели привычку разводиться, причем делали это с завидной регулярностью – примерно каждые полгода. Причина развода всякий раз оказывалась довольно прозаической – это была самая обыкновенная ревность. Несмотря на свой совсем не юный возраст, супруги Прялкины ссорились и разводились с горячностью молодых.

Правда, развод их обычно длился не более двух недель и сопровождался лишь тем, что Маргарита Прялкина уходила от мужа с двумя чемоданами, наполненными одеждой. Более тяжелые предметы, вроде телевизора или мягкой мебели, пределы квартиры никогда не покидали.

Примирение супругов происходило опять же, как у молодых: сначала муж терпеливо ждал с букетом цветов жену возле крыльца здания, в котором она работала, и смиренно просил у нее прощение, через неделю Маргарита сменяла гнев на милость, и Прялкины, встречаясь после рабочего дня, принимались прогуливаться по соседним улицам или под окнами дома.

«Дружат», – перемигивались между собой соседи. В конце второй недели Маргарита окончательно прощала своего мужа и возвращалась к нему со своими чемоданами.

– Не знаю, не знаю, – произнесла подошедшая к ним соседка со второго этажа, которая слышала эти слова. В руках женщина держала две большие хозяйственные сумки.

В это время грузчики, кряхтя и выражаясь не слишком высокопарно, пытались вытащить из узких дверей подъезда застрявший в проеме кожаный диван.

– И трех месяцев не прошло, – тихим ровным голосом произнесла соседка с первого этажа, решившая твердо держаться своей версии, – а они ведь на прошлой неделе как раз всю мебель сменили. И кухонный гарнитур с телевизором купили, и новую спальню взяли. Там одни зеркала высотой по три…

– А старую куда дели? – перебила соседка со второго этажа.

– Наверное, Зое Михайловне отдали.

Зоя Михайловна приходилась матерью главе семейства. Когда-то она подарила свою большую квартиру молодой семье, перебравшись в более скоромные апартаменты, принадлежавшие невестке и состоявшие из комнаты с кухней, а также крошечного санузла. Когда молодые расходились, Зоя Михайловна возвращалась к сыну, а невестка – на свою бывшую жилплощадь.

– Вряд ли, – засомневалась соседка со второго этажа.