Наши ожидания

Сквозь шум закипающего чайника Кира вдруг расслышала глухие удары, раздававшиеся за стеной.

– Что это? – удивленно спросила она, выключив чайник.

– Может быть, Зимины вещи собирают? – предположила Лидия Алексеевна, тоже услышав стук. – Кажется, они собирались переехать на дачу. Тамара Павловна вчера сказала, что у них в дачном домике есть печка.

Едва Лидия Алексеевна договорила, как послышался такой грохот, как будто за стенкой уронили шкаф.

– Или им буржуйку принесли, – выдвинула новую версию Лидия Алексеевна.

 – Николай Иванович как-то говорил, что его брат очень хорошие буржуйки для гаражей делает, а в последнее время от заказчиков просто отбою нет. У нас на почте главный бухгалтер тоже себе буржуйку заказала. У нее сын в этом году и так всю зиму проболел, а на прошлой неделе снова кашлять начал. Так она боится, как бы дело до воспаления легких не дошло. И дойдет, если тепла не будет. Я хорошо помню, как ты заболела, когда тебе пять лет было. Правда, это зимой случилось.

– Это когда в центральной котельной все котлы полетели и нас паровоз отапливал? – улыбнулась Кира.

Конечно, она плохо помнила события двадцатилетней давности, потому что была тогда еще слишком мала, однако из рассказов мамы и бабушки знала, что той зимой им действительно пришлось несладко. Из-за аварии в котельной весь центр Болотинска оказался под угрозой замерзания. Конечно, благодаря паровозу удалось не допустить размораживания системы отопления, но в квартирах все равно было холодно, ведь за окном стояли сорокаградусные морозы.

В ту зиму вся семья Кузьминых жила в одной комнате. Над дверью для тепла повесили ковер, а в центре комнаты поставили самодельный обогреватель, который работал круглые сутки.

– Да, – вздохнула Лидия Алексеевна, расставляя на столе тарелки. – На этом обогревателе папа тебе все время хлеб подрумянивал. Тебе так нравился этот хлебушек, что ты больше ничего не хотела есть.

За стеной снова послышался грохот.

– Не иначе Николай Иванович дрова для буржуйки заготавливает.

Прямо в квартире, да еще, наверное, из мебели, – хмыкнула Кира, но в душе невольно позавидовала чужой печке.

Сев за стол, она пододвинула к себе тарелку с рисовой кашей и положила в нее кусочек сливочного масла. Наблюдая за тем, как тает масло, Кира взяла пульт и включила телевизор.

– Настоящее тепло придет в Сибирь только во второй декаде июня, – бодро произнесла дикторша, одетая в очень короткое платье, своим фасоном напоминавшее колокольчик.