Чудовище и красавец (сборник)

Я просто увидела человека, которому, возможно, нужна была помощь, и поэтому ее предложила. – Собственная растерянность начинала слегка раздражать. И вообще, что за странный вопрос? – У меня не было ни времени, ни стремления подробно анализировать свой поступок. Разве это важно?

– Нет. Наверное, нет. – Гильад отвечал, но, кажется, уже думал о чем-то другом. И вдруг спросил: – Как вы относитесь к тому, чтобы встретиться еще раз? При более благоприятных обстоятельствах?

Я сглотнула. Как-то не ожидала такого поворота.

То ли опыта не хватает в подобных делах, то ли военный попросту задался целью вконец меня запутать.

– Ну… В принципе, можно, – немного растерянно проговорила я затем. – Только у меня необычный график. И выходной может выпасть на любой день недели.

– В таком случае я справлюсь у вас дня через два о следующем выходном?

Я улыбнулась, неловко пожала плечами.

– Хорошо.

Звон дверного колокольчика, многократно усиленный магически, раздался будто бы над самым ухом, хотя находились мы в мастерской.

– Демонова теща! Они уже здесь! – недовольно выдохнул мой работодатель.

Это ругательство звучало несколько странно из уст художника (от человека такой профессии ожидаешь чего-нибудь более оригинального и изящного), но я слышала его от Брика не в первый раз.

– Закончишь тут? – со вздохом уточнил оман.

– Конечно.

На самом-то деле о том, что сегодня к Брику придут гости, мы знали заранее. И колокольчик зазвонил, как и было назначено, ровно в шесть. Однако художник оказался настолько увлечен работой, что воспринял этот звонок так, будто друзья заявились часа на два раньше, чем планировалось.

– Тогда закругляйся, и можешь идти домой. – О том, что сегодня я заканчиваю работать пораньше, мы тоже договорились заранее. – Да! – вспомнил он. – Сможешь отнести вниз кахелет?

Я утвердительно кивнула. Кахелет – специальный материал, из которого готовилась синяя краска. Краска эта получалась необычной, позволяя особенно достоверно передать глубокий цвет летнего неба.

Сам материал, пока он еще не был смешен с водой и пригоден для рисования, следовало хранить в холодном месте, то есть в нашем случае – в погребе. До сих пор я спускалась туда только один раз, но этого было достаточно, чтобы не заблудиться. В особняке же работаю, не в замке с лабиринтом подземелий.

Художник, накинув на плечи сюртук, отправился открывать. Далия к этому времени уже была отпущена, так что гостей предстояло впустить лично хозяину.