Нулевой Архетип

Безупречным, с идеально ровной спиной и не менее идеальными манерами, этаким воплощением потомственного дворецкого. Разве что очень старым. – Отлично выглядите.

– Это полагалось говорить мне, – сдержано отозвался он, пряча ответную улыбку. Когда Ричард улыбался так, Кейн часто ловила себя на мысли, что скучала – по нему, по «Трели» и по небу, каким оно бывало только на воздушных платформах.

– Будем считать, что вы это сделали. И признайтесь, – она позволила себе улыбнуться чуть шире, – вы удивлены, что мое платье закрывает пупок.

– Ваш вкус в одежде изменился в лучшую сторону.

Кейн рассмеялась:

– Кажется, я просто стала намного скучнее.

– В ваших кругах, госпожа Анна, это называется «элегантнее».

– Да, кажется, это называется так.

Он посторонился, собираясь пропустить ее вперед, но Кейн осталась на месте.

– Все давно ждут вас, – намекнул Ричард после нескольких секунд молчания.

Она разглядывала ярус за его спиной – живые цветы, которыми была украшена платформа, официантов с напитками, гостей, музыкантов и тщательно замаскированные следы упадка – трещины на полу и множество других мелочей.

– Им придется подождать еще немного, – сказала Кейн, и впервые за время встречи посмотрела Ричарду в глаза. Они были светлыми, выцветшими. – Есть несколько вещей, о которых я хочу спросить вас.

Он умел играть в эти игры намного лучшее нее, и все же она заметила, как на секунду напряглись его плечи, застыло лицо, прежде чем Ричард заставил себя снова стать тем безупречным дворецким, каким она привыкла его видеть.

– Я слушаю.

– На какой мы высоте? – На самом деле, она знала ответ и так, чувствовала его в воздухе, слышала в стрекоте винтов и видела в трещинах на ступенях. «Трель» опустилась слишком низко, немногим выше Грандвейв, опасно низко.

Кейн не должно было это удивлять. В конце концов, никакие вещи не служат вечно.

Ричард помолчал, подбирая слова, прежде чем ответить:

– Вам лучше поговорить об этом с госпожой Линнел. Многое изменилось, пока вас не было.

Он говорил спокойно, без упрека, и все же Кейн не могла избавиться от острого чувства сожаления:

– Ричард, ей следовало позвать меня намного раньше.

* * *

– Мастресса Пятого Архетипа Анна Кейн, – объявил Ричард, и она застыла у входа на ярус, рассматривая гостей «Трели».