Аромат рябины

Она решила просто раздарить их всем желающим, но директор школы отговорила ее от этого опрометчивого поступка, приведя простой, но убедительный довод, что на краски и холсты требуется немало средств. И Ирина Федоровна согласилась.

Все двадцать пять выставленных работ были проданы и поступили заказы на новые, даже из соседних деревень. В районной газете появилась небольшая статья о даровитой художнице-самоучке и ее непростом творческом пути. Автор материала, молодой журналист, многое сочинил от себя, но весь район, читая статью, упивался неожиданно свалившейся славой.

Ирина Федоровна в мгновение ока стала местной знаменитостью. Но ее это только раздражало. Она всячески избегала посещения многочисленных мероприятий, организованных в ее честь, и частных и общественных. Но ей все прощали, понимая, что таланту необходимо уединение и что все одаренные люди «с приветом».

В тот день, когда унесли последнюю купленную картину, Ирина Федоровна села в большой комнате на стул и почувствовала странную пустоту внутри, словно только что забрали ее последнего ребенка, и она осталась в неприятном одиночестве.

Она обвела комнату усталым взглядом, потом встала и, подняв с пола большой квадрат оргалита, уже покрытый белилами и хорошо просохший, поставила его на стул. Отойдя, села на диван и стала пристально смотреть в это белое пространство. И увидела, как постепенно проступают очертания деревянных домов, потемневших от дождя, редкие березки за ними, нахохленных воробьев, сидящих на заборе под мокрыми ветками сирени, размытую дорогу с огромной лужей, в которой отражаются низкие серые облака. Ирина Федоровна даже ощутила сырой и свежий запах дождя, и ей вновь нестерпимо захотелось зафиксировать это видение как можно точнее. Она вскочила и, взяв пластиковую крышку от коробки с акварелью, служившую ей палитрой, выдавила на нее немного белил и синего кобальта. Кисточкой стала наносить краски, мазок за мазком, на верхнюю половину квадрата, помогая, где нужно мастихином, а где и пальцем. И скоро на картине появилось небо…

Бузина

Карина вышла на улицу, когда солнце садилось в море.

Она вдохнула насыщенный ароматами морской соли, увядших цветов и подсыхающей травы воздух и закрыла глаза, прислонившись к стене дома. Ветерок мягко касался ее горящих щек, развевал пряди волос, играл концом голубого капронового шарфа и широким подолом шелкового платья. Сладкий запах множества раскрытых чашечек мелких темно-красных роз, усеивающих вьющиеся стебли, дурманил ей голову.