Аромат рябины

Странная апатия навалилась на нее. Какое-то время она смотрела в окно, потом вновь откинулась на спинку и закрыла глаза. Ее мысли отчего-то унеслись в родной город. Она вспомнила улыбку мамы, потом ясно увидела темные внимательные глаза отца, неожиданно почувствовала, что уже соскучилась и искренне удивилась этому. Затем перед ее внутренним взором появилась бузина. Она увидела сидящего на бревне рядом с кустом Андрея, и ее сердце сильно забилось. Что-то в этой картинке необычайно волновало ее, будило уснувшие чувства.

Карина ощутила, как повлажнели глаза. Она попыталась отогнать эти мысли, выпрямилась и стала смотреть в окно. Они ехали мимо какой-то помпезной виллы, возвышающейся на крутом скалистом берегу.

«Бог мой! – подумала она, изучая серые каменные стены невысокой ограды и белое вычурное здание, видевшееся за нею. – Что я здесь делаю? Зачем мне все это? Ведь все это такое чужое!»

Водитель высадил ее у ворот дачи и уехал. Дверь тут же распахнулась, и появилась Марина. Она встревожено вглядывалась в лицо сестры, потом начала улыбаться.

– И как это называется? – начала возмущаться она. – А ведь ты знаешь, что в моем положении волноваться нельзя! Хорошо Бьяджо позвонил и предупредил, что ты едешь. А то просыпаюсь я и вижу, что твоя комната пуста. И что я должна думать, по-твоему? И как тебе он? – без перехода спросила она.

– Симпатичный, – нехотя ответила Карина. – Мы гуляли по городу, в баре сидели. Ты зря так волнуешься. И я уже взрослая девочка.

– Я так рада! – быстро говорила Марина, заходя в дом.

 – Что ж ты его с собой не привезла? Я пирог яблочный испекла.

Дом был наполнен восхитительным запахом печеных яблок. Карина почувствовала, как голодна.

– И где твой пирог? – засмеялась она. – Я просто умираю с голоду!

– Тогда, может, пасту? А к ней креветочный соус?

– Давай! – обрадовалась Карина и начала подниматься по лестнице. – Я мигом!

Она зашла в свою комнату и быстро привела себя в порядок. На душе становилось все радостнее, все легче. Зазвонил ее сотовый.

«Вот Маринка нетерпеливая!» – подумала она, хватая телефон.

– Иду я, Мариш! Боишься, макароны твои остынут? – весело проговорила она.

Но ей никто не ответил.

– Эй! – позвала Карина.

– Это я, привет, – раздался мужской голос, и волнение обожгло ее.

– Привет, Андрюша, – ответила она после паузы, во время которой пыталась успокоиться. – Не ожидала, что это ты.

– Я заходил к твоим вчера, – сказал он. – Мать сообщила, что ты в Италии.