День Березы

Ни маме, ни подругам я, разумеется, об этом не сказала. Особенно маме. Как вспомню, какую истерику она мне устроила, когда меня задержали – до сих пор оторопь берет. А мне в последний, возможно, день моей жизни абсолютно не хотелось слез, упреков, мольбы никуда не ехать. Поэтому сказала ей, что за день так устала, что намерена, как вернусь домой, тут же завалиться спать. И что очень ее люблю.

Впрочем, в скорую смерть верить не хотелось. Напротив, хотелось думать, что мы победим, и все будет хорошо.

К тому же лицо Рамазанова выражало спокойную уверенность, словно отправляемся мы не в опасное путешествие во времени, а всего лишь прогуляться в пригород. Да и фигура у него накачанная… Хотя в борьбе с демонами это не главное, главное – мужество, сила воли и вера. А в том, что тезка пророка Магомеда настоящий верующий мусульманин, сомнений не возникало. Охотно верилось, что все демоны перед ним отступятся. Я, пожалуй, тоже попрошу Всевышнего о помощи. Правда, молитв я наизусть не знаю, но ведь можно своими словами.

А вот и Балашиха – конечная. Припозднившиеся пассажиры стали неспешно выходить из электрички. Мы с Рамазановым последовали их примеру.

Спустившись с платформы, мы прошли вдоль, пока она не закончилась, затем перешли железнодорожные пути. Где-то рядом должен быть заброшенный дом, который, собственно, нам и нужен.

Его мы нашли очень скоро. Миновав здание с парочкой торговых центров, мы вышли к ларькам. За ними, утопая в зелени, стояло обшарпанное здание с пустыми глазницами окон, всем своим видом показывая, что давно готово к сносу.

Через пять минут – ровно в полночь – в нем откроется портал, ведущий из нашего времени в другое – в прошлое.

"А вдруг мы оттуда уже не вернемся? Вдруг останемся там навсегда?" – то и дело вспыхивали в мозгу тревожные мысли.

"Так, Нинка, успокойся! – я попыталась взять себя в руки. – Во-первых, если сделать все, как сказала Тамара, есть все шансы вернуться.

А во-вторых, на худой конец, в прошлом тоже можно жить".

– Ну что, идем? Если ты не передумала? – спросил меня Рамазанов.

– Идемте, – согласилась я как можно беспечнее.

Однако, прежде чем зайти в дверной проем, перекрестилась. Да поможет нам Господь!

В покинутом людьми полуразвалившемся здании не было ничего необычного – ветхие голые стены, деревянные покрытия, шатающиеся лестницы, проемы дверей, ведущих из одной комнаты в другую.