Камертон

Но прочитал об этом в новостях и почему-то сразу подумал, что это о ней. Значит, о ней. Что с ней?

Марина взмахнула ресницами.

– Она… пока в порядке. Насколько это возможно. Послушайте, Ян. Она воздушной стихии. Ей нечего делать под водой.

– Но это ее решение, – неожиданно для себя проговорил он. – Не думаете ли вы, что его нужно как минимум уважать? Она не ребенок и, наверное, дееспособна. Если вам известно понятие дееспособности. Мне не показалось, что она не в себе. Напротив. И если она сочла нужным…

Кромешница остановила его жестом, и высокомерная маска на ее лице куда-то пропала.

– И вы не хотели бы вернуть ее в свою жизнь? – недоверчиво сказала она, подавшись вперед.

– Простите. У вас сложилось неверное впечатление. Эля никогда не была и не собиралась быть частью моей жизни, – объяснил Ян. – Она просто провела здесь несколько часов из-за накладок со съемной квартирой. Мы вместе ехали в троллейбусе, и…

– Мне не интересно про троллейбус. Она провела здесь несколько часов и оставила тут множество следов.

Разговаривала отсюда со… своими. Применяла магию. – Марина улыбнулась, но только глазами, так что было непонятно, была ли она в курсе его метаморфоз. – Поранилась и оставила на оконной раме каплю своей крови. Написала вам письмо. Есть еще один след. Здесь. – Она дотронулась острым пальцем до груди Яна.

Ян растерялся. Он и сам не знал, насколько права его гостья.

– Хотите чаю? – сказал он, вставая. – А то сидим как неродные.

Глава 6

Жара схлынула, сентябрьский вечер в Греции был тих и нежен.

Джуд расположился в летнем кафе под открытым небом, ожидая жену из парикмахерской. За соседним столом что-то отмечала большая семья. Старик лет под сто улыбался и качал головой, дети наперебой галдели, вальяжные мужчины спорили, женщины смеялись. Наверное, здесь собрались представители как минимум четырех поколений, и Джуд невольно позавидовал. Смотреть на них было невежливо, но не станешь же из-за этого пересаживаться. Джуд чуть развернул стул.

За ближайшим к входу столиком сидела молодая женщина в белом брючном костюме, этакая элегантная Грейс Келли, но с рыжеватыми волосами. Пялиться на нее тоже было неприлично, однако что-то в ее облике приковало взгляд Джуда. Сердце скакнуло к горлу. «Это глупо, наконец». Она защелкнула сумку и подняла глаза. Несколько долгих мгновений они вглядывались друг в друга, а потом она встала и подсела к нему.

– Здравствуй, Джуд.

– Здравствуй. Мама.