Ключ

По сравнению с людьми они всегда очень красивы и привлекательны, им легко удается делать деньги – разными путями, тут ты меня не спрашивай, свяжешься со своими и узнаешь лучше, что к чему, многое зависит от специфики и сферы, у вас вечно идет передел этих сфер, так что не ко мне вопрос.

Ассо кивнула.

– Поэтому многим кромешникам нравится жить в мире людей. Этот мир буквально у их ног, если ты понимаешь, о чем я. Они очень долго выглядят молодо, часто становятся знаменитыми – в той или иной сфере, тут так же, как выше, вопрос не ко мне, разберешься.

Она снова кивнула.

– Но! Есть одно «но». Чтобы кромешник мог зацепиться в мире людей, ему дается один год.

– Кем дается? – спросила Ассо дрогнувшим голосом.

– Мироустройством. Я не знаю. Я знаю только, как все устроено, я простой рядовой служащий, я вызубрил то, что мне дали, и больше ничего не знаю. И не перебивай, пожалуйста, я потом скажу, когда можно будет задавать вопросы.

– Извини.

– Ничего. Итак. У вас есть один год. У девушек-кромешниц – чтобы выйти замуж за человека.

У мужчины-кромешника – чтобы жениться на женщине из рода человеческого. Это дается им очень легко, потому что, см. выше, они исключительно привлекательны. Если они поставят себе задачу очаровать кого-нибудь из людей, они добиваются этого с блеском. Моментально. Так что год – это очень даже много, можно выбирать, присматриваться, гулять.

Ассо кивнула, хотя по лицу ее пронеслась мимолетная тень.

– Если через год кромешник не зацепляется в этом мире, он отправляется домой.

Все очень просто. Либо ты женишься, ну или замуж выходишь, либо возвращаешься к себе, например, ты – к своим русалкам. Все понятно?

– Откуда ты знаешь, что Василиса беременна, если даже Денис не знает? Ты тоже почувствовал по ее одежде?

Матвей хмыкнул.

– Конечно же, нет. У меня нет никаких таких сверхъестественных каналов восприятия, Ассо. Это тоже закон мироздания. Если кромешник с человеком сочетаются браком, в течение года обязательно, обязательно зачинается ребенок.

А Денис сказал, что они женаты уже год.

И тут, естественно, дверь в комнату открылась, и внутрь ввалился потрясенный хозяин, который, разумеется, все ненароком (ненароком ли?) услышал.

Глава 19

Матвей вскочил, подставил Денису плечо и усадил на диван. Видно, новость оказалась слишком ошеломляющей: бедняга побледнел, у него затряслись губы.

– И ребенок? – проговорил он сбивчиво. – Мой ребенок?

Ассо даже стало его жаль.