Жили-небыли

Питер же, кажется, не стал касаться снега, он лишь имитировал ходьбу, а на самом деле парил в сантиметре-двух от земли. Вот хитрый! Надо бы и ей так наловчиться…

Рискуя показаться занудой, она все же дернула Питера за рукав и указала ему на следы. Он обернулся, широко взмахнул рукой, а затем вывернул жест снизу наверх – и следы пропали. Поднялся еле слышный ветерок и замел снег. У Алены отпала челюсть. Увидев это, он расплылся в широкой улыбке.

– Прикольно, да?

– Да, очень! – искренне сказала она.

Повелевать ветрами, даже в миниатюре, кому же это подвластно? Ей все больше не терпелось узнать, какова природа ее загадочного проводника. Но разве ж он скажет? Остается присматриваться и прислушиваться.

– Почта, – напомнил он.

Вот она, эта облупившаяся желтая арка. Впрочем, в арку – это переговорный пункт, а чтобы попасть на почту, надо обойти кругом едва ли не целый квартал.

– Так туда или сюда?

– Почта в этом здании, а вход там, но неужели мы можем просто так завалиться в этот общий зал? Ведь там, куда нам надо, «не люди работают», как ты говоришь… Может, нам какой-то другой отдел, задний ход?

Питер внимательно изучал пятиэтажное здание почтамта и переговорного пункта, слепленное бочком, как пельмени в пачке, с такими же длинными старыми домами.

Алена тоже подняла взгляд. Крошечные балкончики шириной в один-единственный шаг, конечно, украшали фасад, но ни для чего другого не годились. Впрочем, ушлые горожане старались как могли: где-то под снегом отдыхал заслуженный велосипед, где-то – батареи пустых стеклянных банок (не до заготовок было этим летом, видимо), а некоторые жители воздвигли алюминиевые или деревянные рамы и застеклили себе эти кукольные уголки.

– Нам туда, – решил Питер и вновь оторвался от земли.

Он подлетел к балкончику на втором этаже, ухватился рукой за шаткие перильца и протянул вторую руку Алене, чтобы она не промазала. Вдвоем на балконе было уже не поместиться, поэтому ее он покамест оставил снаружи.

Алене было не по себе без твердой почвы под ногами. Равновесие она худо-бедно не теряла, но ведь нет ничего ужаснее, чем болтаться, как рыбка в сачке, и она дернула Питера:

– Ну!

– Ошиблись балконом, – заявил он хладнокровно, ткнув пальцем в новую пластиковую раму. – Это не наш контингент.

– Не наш что?

– Смещаемся правее.

Он взмыл вертикально, таща за собой Алену, словно тряпичную куклу, и переместился на соседний балкон.