Коллектор

И каждый раз, засыпая, я молил, чтобы моё сознание увело сновидение по другому сценарию. Сука! В любой другой день нашей счастливой жизни. Мечтал хоть раз. Хоть один. Грёбаный. Раз. Увидеть её живой! Но ночи сменялись ночами, и ничего не менялось.

Первое время видел Рину во всех. В каждой долбаной блондинке. Знал, что не она, но мечтал… представлял… Что она жива. И где-то существует.

Рина ненавидела наш с Владом бизнес. Плакала, когда я приезжал побитый. И каждый раз умоляла остановиться… Порой, мы хотели. Правда.

Мечтали о спокойной и тихой жизни. Но недолго. Проходило несколько дней, и мы вновь загорались новой идеей. Одна из которых, стоила ей жизни.

Я готов был сдохнуть с ней, но не мог. Не мог убить себя сам! А валить меня никто не спешил.

Всё стало неважным. Ни семья. Ни дружба. Ни деньги. Вода не утоляла жажду. Еда голод. Дым сигарет наполнял лёгкие лишь наполовину. И жизнь – не жизнь, существование.

Лишь алкоголь помогал забыться, но не помогал забыть…

В один из дней после случившегося, сидя на грязном полу в чужой прокуренной квартире, сквозь пелену небытия и сизого дыма я вдруг увидел Стаса.

Как же он похож на неё… Пшеничные волосы… голубые глаза…

Зачем?.. Зачем она привела его сюда?

Сын смотрел исподлобья. Волчонок… В глазах слёзы. Пыхтел и дёргался в попытке приблизиться, но руки моей матери крепко удерживали его за плечи.

Зажмурился, зажимая руками голову, и завыл:

– Уйди… Уведи его…

Мгновение, топот маленьких ножек. И я почувствовал, как детские ручонки обвились вокруг моей шеи.

– Папочка, папочка, – заревел Стас.

Вздрогнул, как от пощёчины. Сука! Что же ты творишь? Ведь это твой сын! Живой. И в ту же секунду прижал его к себе, комкая в кулаках яркий пуховичок.

– Мой Волчонок… – прохрипел.

Это был последний день моего безумия.

Сегодня, как и всегда в разлуке с сыном, моё утро началось с видеозвонка. И на этот раз он меня настиг в душевой кабине. Пришлось выключать воду. Ведь где бы я не находился в этот момент, я обязан ответить Стасу.

Как и он мне. Такой уговор.

– Привет, Волчонок, – улыбнулся я, устанавливая телефон на полку над раковиной.

– Привет, пап! Представляешь, Ба говорит, что в четверг вечером мы с Бородой уже будем в Москве?! Я не могу дождаться, когда мы полетим! А ты же нас встретишь в аэропорту?

Борода – это Кирилл Сомов. Личный водитель и охранник моего сына. И думаю, не трудно догадаться, почему он дал ему именно такое прозвище.

– Встречу.