Мир на ладони

– Короче, бери свои одежды, помады, тени, – важно перечисляя, говорил он, – что еще там? А, ну и себя не забудь!

Она закружилась по своей квартире, словно горный ветер. Боже! Как она была в него влюблена!

* * *

Вслед за ними через пространство домов и стен летел, летел звонок Сережи, но не долетел – что-то оборвалось, и Даше с Антоном было невдомек, что кто-то не успел их догнать. А Сережа мог представить все, что угодно, но не..., а впрочем, ему просто было до ужаса жаль не увидеть сегодня ту, ради которой он не спал всю ночь.

Он придумывал сюжет для ее фотографий, рисуя то ангела, то ведьму, но какое-то чувство ему мешало. И Сережа не мог остановиться ни на одном, казалось бы, последнем штрихе.

Разве может быть сложным то, что еще не понятно? Им, всем троим, не хватало одного шага, чтобы друг другу сказать: «Все очень просто».

Студия занимала крохотное помещение. Отец Антона – профессиональный фотограф, и в его небольшой студии можно было воплощать самые разные замыслы.

И, действительно, Даше, как только Антон познакомил ее с отцом, показалось, будто она находится в некой секретной лаборатории, где проводятся художественные опыты. Эта таинственность еще больше завораживала Дашу, когда она стала рассматривать коллекцию лучших работ. Необыкновенные, ни на что не похожие фотографии были развешаны по всей студии, как говориться, в неком художественном беспорядке. И чем больше ее взгляд мог уловить, тем сильнее становилось желание быть чьим-то образом. .. То есть быть такой, какой тебя хотят увидеть.

– Теперь я понимаю, откуда у тебя такой вкус к фотографиям, – подкрасив губы, сказала Даша. Он зарядил пленку в фотоаппарат и оглянул помещение, видимо, оценив, достаточно ли освещения.

– А я хочу знать, какой вкус у твоей помады, – собирался он ее поцеловать.

– Антон, можно тебя на минутку, – донесся из прихожей голос его отца.

Даша скрылась за ширму, чтобы переодеться. Королева всех «Алис», думалось ей, должна быть в ярко-голубом платье, которое было похоже на узкую, блестящую на солнце речку.

На этом фоне ее серые, почти дымчатые глаза, волнами распущенные волосы и тонкие руки лишь дополняли картину.

Но Даша была недовольна – вся ее внешность, как ей казалось, ничего особенного не представляла, и ей самой было как-то не по себе. Она подошла к стене, коснулась ее одной рукой и получилось так, словно было задумано: тонкая, синяя тень, ползущая по бархатно-темной стене...