Воспоминания моей души, или Назад ради будущего. Том 1

В памяти стоял по-прежнему голос женщины, когда она с отвращением говорила о муже, о безысходности, о тяжелой доле. У меня в голове возникла мысль: «а какое из старых воплощений до сих пор управляет поведением и выбором этой несчастной женщины? Почему она до сих пор цепляется за мужа-алкаша и много лет влачит несчастливое существование?»

«А что если и мной до сих пор управляет память прошлого через неосознаваемые программы, которые я не замечаю? Почему интересно у меня до сих пор нет любимой работы и обеспеченной во всех отношениях жизни? Что интересно мне мешает, понимая и осознавая, что видимых причин я не вижу в упор? Что я забыла в этой нищей конторе? Что мне не позволяет разбогатеть или хотя бы найти хорошо оплачиваемое любимое дело?» – почувствовала, что от этих мыслей волосы зашевелились на моей голове.

«Что же такого произошло в прошлом, что я до сих пор боюсь найти достойную меня работу?» – ох, мои ладошки от осознания этого вспотели, мне резко захотелось домой и вновь погрузится в воспоминания и просмотреть еще одно воплощение, в котором, как мне кажется и зарыта собака.

Домой летела, как на крыльях. Быстро поужинав на скорую руку пельменями, так удачно отыскавшимися на дне морозилки, я снова была готова к путешествию в собственные воспоминания. Из-за сильного волнения никак не удавалось расслабиться, неуемные эмоции и мысли еще минут 20 никак не давали погрузиться в то воплощение, где я смогу найти причины моей неудачной карьеры.

Как только я для себя решила, что с моими нервами уже ничего не получится, расслабилась, и видения не заставили себя долго ждать.

Первое, что почувствовала – это палящее солнце и пот, струившийся по лицу. Оглянувшись вокруг, увидела, что нахожусь в поле, которое при помощи плуга стараюсь вспахать. Рядом со мной находилось двое молодых парней – один постарше, другой помладше, с волосами цвета летней соломы, голубыми глазами, сразу видно, что это братья. Разглядывая молодых пареньков, ладно скроенных, чувствую, что я не я.

На моем лице – щетина, волосы коротко остриженные и большие руки, явно мужские, со вздувшимися венами от постоянной натуги и белыми, выгоревшими волосами на загорелой коже. Одежда на нас простая, темного не маркого цвета, рубашки, заправлены в холщовые брюки и старые разношенные ботинки, когда—то бывшие добротной обувью, но уже пережившие свой срок эксплуатации. Мы сеем пшеницу по ощущению не себе, а на большом поле, принадлежащему барону, у которого мы в услужении.